Книга Я тебя отвоюю, страница 42 – Мария Акулова

Хочет в тишину своей квартиры, забраться с головой под одеяло, скрутиться там, глаза зажмурить, а потом… И сама не знала, что это должно дать, но общество даже самых близких, родных и любимых людей после спонтанного разговора со старшим братом стало тягостным.

Благо, родители не настаивали, Артём вообще больше не глянул на нее ни разу, слова не сказал, Богдан только вздохнул тяжело, но остаться не уговаривал. Теперь же они вдвоем ехали в сторону города.

Он за рулем, Даша на пассажирском, отрешенно глядя куда-то за окно.

— Все так. Настроения нет просто. ПМС, может.

Дежурно отбрехалась, а вот улыбнуться дежурно сил в себе не нашла. Механически прокручивала кольцо на безымянном пальце, думая о своей слабости, подлости и глупости…

Наверное, если смотреть чисто формально, она даже ничего плохого еще не сделала. Ну у кого нет тайн от своих половинок? Кто не сомневается накануне свадьбы, с тем ли человеком жизнь хочет связать? Кто не согласился бы пойти на кофе со своей первой любовью? Да только… Себя этим обманывать уже не получалось.

Как в семнадцать, ее снова затягивало в любовь к Стасу Волошину. Но теперь все было хуже — теперь он позволял быть рядом, сам же создавал иллюзию ее нужности, теперь даже Дина была уже не той, «которую любит больше жизни», а женщиной, избавившейся от ребенка, которого могла родить ему.

А она сама… Так тщательно следила за тем, чтобы у них с Богданом не случилось незапланированных «неприятностей», а будь она со Стасом?

— Господи… — мысли совсем не в ту степь пошли. Настолько, что Даша даже забылась на мгновение, шепнула, руками лицо закрыла, отгоняя тот самый вопрос.

— Эй, солнце, ты чего? Все нормально? Мне остановиться?

Богдан скорость сбавил, положил свою руку на ее запястье, будто прося от лица убрать, а ей… стыдно было. Отчаянно стыдно.

— Нет, не надо останавливаться. Все хорошо.

— Я же вижу, что не хорошо, Даш… Рассказывай.

Богдан убрал руку, взгляд оторвал, когда Даша свои вновь на колени опустила, губу закусила, смотрела на него с полминуты, собираясь… И снова не собралась.

— Ты меня любишь? — выпалила вопрос, понимая, что прозвучало слишком отчаянно.

Но Богдан, кажется, этого не заметил. Снова глянул, улыбнулся, кивнул.

— Конечно, люблю. Есть сомненья?

К сожалению, были. Но не столько по отношению к нему, сколько касательно себя.

— А что такое «любовь»? Ты знаешь? Почему уверен, что любишь?

— Даш… Ты серьезно? Ты очень странно себя ведешь сегодня. Тебя кто-то обидел?

— Нет. Меня никто не обидел. Я разобраться хочу. Мы женимся скоро. Для меня брак — это на всю жизнь. Мне важно понимать, почему ты уверен, что любишь…

— Потому что… Мне с тобой хорошо. Комфортно. Ты красивая. Умная. Добрая. Бомба, когда требуется. Ты будешь идеальной женой, Даш… Не сомневайся даже…

— А любовь тут где?

— Даш… Да что с тобой? Я же объяснил уже все. Ты хочешь, чтобы еще парочку комплиментов отвесил? — Богдану не свойственно было злиться. Вообще. В принципе. А сейчас допрос невесты явно начинал раздражать, поэтому он попытался свести все к шутке, но Дашу она не развеселила, только еще сильней завыть захотелось.

— При чем тут комплименты?

— А что тут при чем? Ты спросила, люблю ли я тебя, я ответил — люблю. Объяснил, почему. Хотя это глупости все, как мне кажется. А ты продолжаешь стартовать на ровном месте. В чем проблема?