Книга Я тебя отвоюю, страница 122 – Мария Акулова

— Мне не приходится, Даша. Тёма — мой друг. Дружба — это не про гордость. Даже если мы посрались вусмерть, я прошу у него помощи — и он помогает. Так же, как если помощи просит он.

Стас говорил спокойно и будто даже ласково, явно подбирая тон не столько под слова, сколько под настроение спутницы. Даша все же подняла взгляд, кивнула, как бы подтверждая, что усвоила.

Положа руку на сердце, никогда сама даже не пыталась смотреть на дружбу Стаса с Артёмом и их ссору так, как только что преподнес это Стас. Ей казалось, что она стала камнем преткновения, который будет вечно стоять брату поперек горла, а Стасу… Вечно создавать проблемы. Видимо, просто недооценивала их дружбу. Видимо, потому что сама такой похвастаться не могла.

— Сначала в участок, потом отвезу тебя домой, а потом уеду по делам.

Стас дал еще несколько секунд Даше на то, чтобы продолжить разговор — задать еще один вопрос или что-то ответить, но она этой возможностью не воспользовалась. Сказать ей было нечего.

— Тебе на работу нужно, наверное…

— Я отпросился на день. Хочу встретиться с адвокатом, он сказал, что, может, сам приедет, посмотрит на красоту. С Артёмом еще…

— А с Диной? Не встречайся, пожалуйста. И не звони ей. Давай мы будем просто ее игнорировать? Пожалуйста, Стас. Я очень боюсь, что ты сорвешься. Что она тебя доведет…

В любой другой день Даша сдержалась бы. Всегда умудрялась прикусить язык прежде, чем с него сорвется такое отчаянное «не бери трубку, Стас!», а сейчас не смогла. Только представила, в каком состоянии он будет говорить и чем этот разговор для него закончится, и сердце холодело.

И Стас опять ответил не сразу. Сначала то ли действительно так напряженно следил за дорогой, то ли делал вид. Потом Даша видела, что скула «волнуется» вплоть до пульсации в виске. И только потом он глянул мельком, отвечая.

— Сегодня не буду. Но вообще она свое получит.

* * *

— Насть, ты свободна. Я сегодня больше принимать не буду. Мне нужно Станислава Елисеевича проконсультировать. Хорошенечко…

Когда Стас набрал Артёма, сообщил, что подъехал к его нотариальной конторе, как договаривались, Красновский вышел из кабинета в холл — навстречу. Застал Волошина уже у стойки приемной, за которой сидела его секретарь — Настя. Сидела и улыбалась… И вроде нечего по этому поводу хоть что-то испытывать, а Артём разозлился. Пришлось прилагать усилия, чтобы чуть пригасить чувства.

— Привет, — Стас же даже не пытался улыбаться — ни Насте, ни Артёму. Подошел, протянул раскрытую ладонь. Артём снова ответил не сразу, будто нехотя достал руку из кармана…

— Ну привет. Проходи.

Потом отступил, пропуская сейчас дико бесящего друга в кабинет первым, закрыл за ними дверь.

Почему-то в голове промелькнули воспоминания о том, как они со Стасом душевно наклюкались в этом кабинете, когда отмечали открытие Артёмом своей собственной практики. Промелькнули, сделав больно.

Это произошло всего-то чуть больше года тому, но Артёму казалось, что между тем временем и сегодняшним днем — огромная пропасть. А главное — как раньше уже не будет.

— Мне нужна твоя помощь, Тём.

Артём не пытался строить из себя радушного хозяина. Слава богу, глаза у Волошина имелись. И кресло он наверняка заметил, на чайнике щелкнуть кнопку включения тоже сможет при желании, где бар — знает.