Книга Незнакомцы, страница 27 – Мария Акулова

За легкость, которую давало мне вино, я быстро плачу ломотой в висках. А может быть дело совсем не в хорошем вине, а в переизбытке заполнивших черепную коробку сомнений.

Артур снова галантен.

Погасив мотор вместе с фарами, обходит машину и достает меня из нее. Сжимает запястье с силой. Зовет:

— Лолита…

Я знаю, что должна откликнуться. Не убегаю. Поднимаю глаза. Он делает шаг ближе. Пальцами поддевает подбородок и придерживает.

— Спасибо тебе за вечер. — Проговариваю вежливо.

— Который тебе не понравился? — А на вопросе сердце обрывается. Я вроде бы старалась, но, видимо, мало.

— Нет. Мне понравилось. Просто голова разболелась. — Произношу тихо и чуть сдавлено. Не знаю даже, кому в большей степени вру: себе и ему.

Артур усмехается.

Качнувшись вперед, задевает своими губами мои. Я дала себе слово, что буду послушной. Расслабляю губы и приоткрываю рот.

— Мы ещё не женаты, а уже голова болит.

Шутка хорошая. Правда хорошая. Я просто не знаю, что мне нужно в этой жизни.

Пытаюсь заставить тело расслабиться. Глазами даю зеленый свет. Артур снова касается моих губ своими осторожно. С легким нажимом раздвигает их и проникает сначала выдохом, а потом и языком.

Длинные пальцы скользят по шее и поглаживают.

Я хотела бы отдаться чувствам, но чувств нет. Происходящее для меня — механика, которую я позволяю.

Отрывается первым он. В глаза смотрит. В его что-то горит, в моих — тлеет.

— Значит, свидание. — Артур делает закономерный вывод, но вместо улыбки вызывает во мне приступ смиренного отчаяния.

— Да. Значит, это было свидание.

Мягко улыбнувшись, Артур прижимается губами к кончику моего носа.

— Я хочу тебя, Лёлька. Сильно хочу. Не тороплю, но дай мне шанс. Я тебе докажу, что я — правильный выбор.

Безысходность вызывает тошноту. Я не могу так быстро. И речь не о сексе.

Делаю шаг назад и прижимаю к бедру клатч.

— Мне подумать надо. Хорошо, Артур? Спасибо тебе.

Развернувшись, быстро иду к воротам.

Они щелкают, разблокируясь, без необходимости прикладывать магнитный ключ.

Наше с Артуром прощание проходило под внимательными камерами Яровея. Интересно, ему и маме донесут, что мы лизались? Они будут довольны? Или это всё не так уж и важно?

От неправильности происходящего люто тошнит.

Уже зайдя в дом, я понимаю, что забыла цветы в машине. Но и похуй. Будут другие, а эти Артур выбросит, не пожалев. Для нас всё это мелочи. Больше символы. Он просто знает, что ухаживать надо так. Я просто знаю, что должна эти ухаживания принимать.

— Лёль, — мама выходит из гостиной, явно собираясь меня перехватить. Она хочет увидеть горящий дочкин взгляд и сбивчиво-восторженный рассказ. Но у меня на это всё нет сил.

Махнув рукой, направляюсь прямо к лестнице. Снимаю каблуки на первой ступеньке. Сжимаю их в руке и поднимаюсь.

— Давай завтра, мам.

Сегодня я хочу всё это смыть.

Закрываю спальню на ключ. Свет не зажигаю.

Опустившись на колени, пытаюсь уравновеситься за счет окружившей тьмы и мнимого спокойствия. Но это самообман. Мне не спокойно.

Мне плохо.

Открыв клатч, достаю мобильный.

Вместо того, чтобы вдогонку Артуру написать, что он замечательный и спросить, когда мы встретимся в следующий раз, я захожу в диалог, который должна была послушно уничтожить.

Там так и висят три его вопроса без ответа. А он был в сети тридцать минут назад. Что ты чувствуешь, Незнакомец? Презираешь меня или тебе всё равно?