Книга Стану смелой для тебя, страница 87 – Мария Акулова

— Особенно мне выгодно твои сопли вытирать раз в пару лет. Кайф ловлю…

Данила кольнул беззлобно, средний палец Альбины снова взметнулся ненадолго.

— Сломаю же когда-то… – реагируя на тихий комментарий, Альбина заинтригованно улыбнулась.

— Не сломаешь. На женщину руку не поднимешь…

Вроде как взяла на слабо, а в ответ получила только усмешку и перевод головы из стороны в сторону.

Альбина настраивалась, для этого ей нужно выплескивать яд, Данила понимал и вроде как позволял. А она вроде как ценила…

Только всё равно вздохнула, мотнула головой, ясно дала понять – по её плечам пробегаются мурашки, она растирает кожу пальцами.

Потом снова смотрит на Чернова, чуть щурится и говорит уже другим тоном. Доверительным.

— Ты когда Марго видишь – так же с ума сходишь?

Альбина задала вопрос, Данила ответил не сразу. То ли не ожидал, то ли задумался.

— Я её не вижу.

В итоге же произнес неопределенное.

— А Максима? – реагируя на второе уточнение – усмехнулся.

— Всегда готов дать в морду…

И ответил честно, очевидно радуя своей кровожадностью подругу по несчастью.

Которая притихла, долго смотрела перед собой остекленевшим взглядом, продолжая обнимать себя руками… Очеловечиваясь до состояния, в котором бывает крайне редко. До ранимости и искренности.

— Вокруг – сплошные мудаки…

Заключила тихо-тихо, вызывая у Чернова новую улыбку.

— И только ты – моя хрустальная нежность… – и ироничное замечание, реагируя на которое, Альбина показывает вроде как работодателю кончик своего змеиного раздвоенного языка. Про палец уяснила.

Дальше – новый серьезный взгляд, скользящий по мужской щеке, спускающийся к кадыку, возвращающийся к профилю…

— У тебя же не было ничего серьезного с тех пор, да?

— Некогда. Одни твои сопли разгребу – в других утопаю.

Данила попытался съехать на шутку, Аля даже улыбнулась – чуть кисло. Но съехать-то и не дала…

— А с девочкой развлекаешься, значит… И не стыдно же… Любимый ученик… Подло это, Данечка… Подло.

Альбина не хотела уколоть сознательно в отличие от самого Чернова, когда он напоминал ей о ползании в ногах. Но получилось филигранно. Потому что он и сам понимает, что подло. Потому что невозможно и неуместно.

Потому что едет в суд, надо бы злиться по-хорошему. По-спортивному. А он чувствует, что на душе гадко. Он обещал взять её с собой. Он обещал, что поговорят по-нормальному. В итоге… Она скорее всего сейчас думает, что он от неё вот так отделался. А сам он – что от мыслей это отделаться не помогло.

— По губам читай, Аль: не. Твое. Дело. Договорились?

Конечно же, нет. Но перебрасываться колкостями времени уже не было. Данила свернул на парковку у суда. Альбине нужно было несколько секунд, чтобы собраться.

Потому что… Это правда сложно.

От автомобиля ко входу в суд Данила и Альбина шли рука об руку. Одинаково уверенно, одинаково держа спины и лица.

Одинаково освобождали головы от лишнего, одинаково пытались отпустить эмоции.

И снова рамки, проверка документов, движение по коридору, в котором своей очереди ожидают такие же, как они, адвокаты и представляемые ими стороны.

Туда, где у одной из дальних дверей стоят двое мужчин. Максим Одинцов и Игнат Щетинский.

Данила смотрит прямо, не выражая практически ничего, а вот губы Альбины растягиваются в опасно сладкой улыбке.