Онлайн книга «Иду на свет»
|
Да. Скучает она очень. Данила ей постоянно снится. Ей без него плохо. Когда видятся в офисе, становится понятно: ему без неё тоже. Его хочется обнять. К нему хочется прижаться. Но Санта боится, что не пережитая обида будет сочиться из неё ядом, отравляя то прекрасное, что у них всё же есть — любовь. Сначала ей нужно разобраться в себе и в своем отношении. Принять его чуть обновленным. Осознать, что вот так, скорее всего, он будет действовать всегда и во всем. Что её просьба на кладбище не недооценивать — ни о чём. Ему вроде как виднее. А ей… Никак с этим не смириться, кажется… — Но вообще, она, конечно, королева… Новое замечание Али прозвучало неожиданно. Санта вскинула взгляд, чуть повернув голову. Примерова смотрела перед собой, гордо приподняв подбородок. О ком рассуждает — понятно. И пусть прошли те самые чертовы две недели — Санте всё равно дико неприятно. Рита в её представлении — не королева, а тупая курица, которой при случае она с радостью заехала бы чем-то тяжелым по голове. — Дико уверенная в себе королева тупорылых схем. У которой ничего в итоге не получается… Уточнение Альбины так отозвалось в душе у Санты, что она не сдержала улыбку. Поймала ответную Алину, приподняла бокал… — Выпьем за это… Предложила на выдохе, а после того, как звучит легкий звон стекла, сделала сразу несколько вкусных глотков залпом. Место это — хорошее, проверенное. Утром плохо после алкоголя не будет, а вот вечером хорошо — вполне возможно. Санте очень хотелось, чтобы немного отпустила серьезность. Чтобы по венам побежал пьяненький жар, чтобы самой стать чуть более легкомысленной, что ли. Когда на сцену кто-то выйдет — вероятно даже потанцевать. Переключиться. Отпустить. На сей раз ей уже даже не смелость нужна. Просто забыть бы обиду и наслаждаться жизнью. В целом-то всё вроде бы хорошо. Она в принципе была бы полной дурой, надейся, что Данила станет всем и всегда с ней делиться. Поэтому вопрос здесь не столько к нему, сколько к себе и своём отношении. Жалко только, что его изменить — не так просто. * * * Новый год они с Данилой провели порознь. Мама, конечно, спрашивала, почему так, но Санта съехала на обтекаемое «изменились планы». В ответ на тяжелый вздох и тихое: «поругались?», долго смотрела, а потом пожала плечами… И не поделилась. Возможно, разговор с мамой ускорил бы её условное «прощение» (условное потому, что Санта даже не уверена, что должна за что-то прощать), но был и другой вариант — Санта могла сильнее завестись. Сильнее же обидеться, рассказывая. Этого уж точно не хотела. За полчаса до того, как должны были пробить куранты, не сдержалась. Сердце было не на месте. К нему тянулось. Ни одна обида не стоит того, чтобы войти в следующий год, даже не услышав его голос. Поэтому Санта поднялась в спальню, закрылась, набрала… Данила взял сразу. От произнесенного им «алло, Сант» у девушки даже голова закружилась. Она безумно соскучилась по нежности, которую источает его голос. Только для неё. И только наедине. — С Новым годом… Санта поздравила, Данила явно улыбнулся… И снова девичье сердце в клочья, но горько из-за того, что тяжесть не отпустила. Санта её чувствует. — И тебя, малыш. Тогда они говорили недолго, а под бой курантов Санта от всей души пожелала, чтобы у них с Данилой побыстрее прояснилось. |