Книга Иду на свет, страница 49 – Мария Акулова

По спине идет холодок.

— Пусти. Я уйти хочу. Ты не имеешь права меня держать.

Она шепчет вдруг будто отрезвев. Взывает к разуму. А в ответ получает:

— Да мне похуй, Сант. Так понятно? Ты никуда не пойдешь. Я тебя не пускаю.

Дичь в жизнь Данилы пришла не так давно.

Во вполне размеренную и более чем устраивающую.

Конечно, в ней не всё было идеально. Но он взросленький мальчик. Понимает, что идеального в принципе не бывает, даже если поначалу так кажется.

Конечно, он осознавал, что, взяв умницу на работу, сделал хорошо ей, но поставил в затруднительную ситуацию себя. Конечно, отдавал себе отчет в том, что рано или поздно вопрос придется ставить ребром. Но он как-то не сомневался в том, как выбор будет сделан Сантой. До одного «прекрасного» дня, когда ему начала трезвонить Маргарита.

Он не врал Санте, рассказывая их историю студенческой любви.

Он Риту правда любил. Возможно, опять-таки, не идеально, возможно, ей хотелось больше внимания, слов, жестов, поступков. Он никогда не пел серенады и не усыпал простыни лепестками.

Любил, как умел. Как умел, ухаживал. И ничего сверхъестественного в ответ не просил. Быть честной. Быть верной. Быть терпеливой. Быть, блин, умницей. Ведь ему всегда нравились такие.

Только в первой он, кажется, ошибся.

Смешно, но тогда в её изменах обвинен был он. Сама измена была выставлена их проблемой. Он же вроде как обязан был учесть, простить и исправиться.

Но Данила решил иначе, пусть это не было так просто, как хотелось бы.

Чуть меньше десяти лет назад предательство избранной им женщины оставило в душе дыру. А теперь оказалось, что, возможно, не только её…

Данила не следил за дальнейшей жизнью Риты. Не относил себя к мазохистам. Что-то, конечно, слышал, но волосы на себе не рвал (прим. автора: даже на груди не рвал, прикиньте?), не сомневался и вернуть не пытался. Ни разу. Ему было больно, как любому человеку, которого грубо вышибает из привычного. Но ему, вероятно, повезло, с врожденным багом — неспособностью строить дальше там, где сожжено доверие. Рита его сожгла.

Ему не было хуже из-за того, что изменяла она с Максимом. Это просто делало как-то по-особенному тоскливо. Потому что, получается, она совсем за те отношения не держалась. Она совсем их не ценила. Она совсем не ценила его.

Только и с Максимом желаемое долго и счастливо, причем быстро со взлетом, у неё не случилось. Она свалила в Европы почти сразу. Данила даже не уточнял, в какие. Без разницы.

Тем не менее, тот опыт «искренних» отношений, построенных на чувствах, оказался для него достаточно травмирующим, чтобы закрыться в себе и сосредоточиться на профессии.

Юриспруденция всегда была его главной страстью. И в этом Рита его и винила. Вроде как в безразличие к ней. Забыла только, что это она хотела быть женщиной успешного успеха. Что в частности и ради её хотелок он тоже работал дольше, вгрызался сильнее, карабкался выше.

Она хотела всё и сразу. Данила в принципе никогда бы ей это не дал.

Он с тех пор «всё и сразу» в принципе никому давать не собирался. В его жизни был хороший секс. При надобности — душевные разговоры. Отчасти отсутствие постоянного партнера ему компенсировала такая же раненная в душу Аля. Пока тоже не предала.

А потом появилась… Сантуша.