Книга Невеста, страница 64 – Мария Акулова

— Всё благополучно?

— Да, всё хорошо.

Сейчас у меня совершенно нет настроения углубляться в несуществующие детали. Резковато развернувшись, первой захожу в гостиную. Через нее — к кухне.

Не оглядываюсь, взмахиваю рукой в направлении дивана.

— Присаживайся, я…

Все же смотрю украдкой от двери.

Слава в это время — на мой диван.

С настойчивостью параноика ищу в нем намек на неискренность. Брезгливость. Покажи мне свое раздражение. Покажи…

Но он не так прост. Поднимает глаза. Снова устало улыбается. Слишком нежно.

Делает плохо.

Не могу с ним бороться. Сбегаю на кухню.

Сооружаю на скорую руку закусочную тарелку. Раскладываю нарезанные фрукты и ягоды. Сыр. Вяленное мясо. Открываю оливки и крекеры. Зачем-то хочу доказать ему, что и хозяйка я тоже неплохая.

Суп из топора не сварю, но и постыдными студенческими бутерами потчевать больше не стану.

Боюсь, что он зайдет следом, поэтому то и дело оглядываюсь. Но он то ли сам не торопится, то ли мои флюиды ловит.

Послушно ждет в гостиной.

Вернувшись с широкой тарелкой в руках, ставлю перед ним. Волнуюсь, как школьница.

Вдвоем отвлекаемся на хруст картонного пакета. Вдвоем стреляем взглядом Славе под руку.

Я мысленно чертыхаюсь, он тянется без спросу.

Щеки вспыхивают, когда судья достает за ниточку изящные стринги с биркой.

Я приехала с шоппинга и бросила абсолютно не нужные мне бельевые излишества на диван. Все эти дни ни разу не подошла. Не примерила. Не рассматривала.

А теперь Слава тянет выше. Проезжается по кружеву длинными пальцами, достает следующий развратный аксессуар.

Меня накрывает волной непрошенного возбуждения. Я скучаю по нему. Я хочу забыть, что мною пользуются.

Потянувшись через стол, выдергиваю трусики, хватаю пакет и заталкиваю их назад.

— Эй… — На его не слишком бурное возмущение ляпаю:

— Это не тебе.

Хочу унести в спальню, но только разворачиваюсь — чувствую сначала порыв ветерка, а потом как на кисти смыкаются пальцы.

Сделал выпад и поймал. Как всегда. Ему меня поймать легко.

Оглядываюсь.

Брови, изогнутые красивой птичкой, приподнимаются вверх.

Жаром в лицо бьет вполне закономерное:

— А кому, Юль?

Чувствую, будто стою на развилке. Продолжить играть? Взмахнуть ресницами, включить дуру? Посмеяться? Отмахнуться? Уже посеять зерно сомнения?

Можно же. Можно.

И я вроде бы так к этому готовилась, но вижу его на своем диване. Вижу усталость. Вижу требовательность в глазах. Кажется, что вижу вспышку тревоги.

Смаргиваю.

Улыбаюсь и мотаю головой.

— Я не то имела в виду. Просто неловко…

— Я видел тебя в белье. И без тоже. Мне нравится.

Кровь греется в жилах. Моя слабенькая бронь не спасает от миллиона выпущенных стрел. Они колют кожу и проникают под. Доставляют не боль, а удовольствие.

Я начинаю понимать женщин, которые закрывают глаза на очевидные измены. Это такой сладкий путь…

Так страшно начать говорить…

Не знаю, улавливает ли Слава мои колебания, но его пальцы перемещаются. Гладят тонкую кожу запястья. От места ласки вверх ползет жар.

— Померяешь что-то? Для меня…

Просьба разбивает мне сердце. Разбивает мои планы и рушит стены.

Я открываю глаза, опускаю их и киваю.

Да.

Я ничтожная дура, но я хочу попробовать еще раз тебе поверить.

Ухожу в спальню. Выбираю изумрудное кружево. То самое, которое по версии консультанта должно идти мне больше всего.