Книга Замуж в наказание, страница 66 – Мария Акулова

— Красивые, но те устойчивее.

Или дело в устойчивости земли под моими ногами?

Я перемеряю не меньше семи пар. Голова кругом. Об удовольствии уже и речи нет. Просто хочу и из магазина тоже уйти, а с пустыми руками как-то стыдно. В итоге выбираю наобум. Плачу карточкой Салманова и в очередной раз обещаю себе заняться поиском работы.

Может тоже попробовать устроиться в магазин? Папа когда-то был против подработок. Говорил, что моя задача – учеба, а обеспечить он меня в состоянии. Айдар теперь… Скорее всего тоже не поддержит. Наверное, жене чиновника не к лицу работать в сфере обслуживания… А любовницу себе он где нашел?

В реальности без границ становится еще чуть более тесно.

Да что ж такое…

Проходя мимо магазина мужской одежды, я ненадолго торможу и колеблюсь. Еще несколько дней назад без раздумий завернула бы, чтобы выбрать мужу что-то небольшое, но приятное. А сейчас… Наверное, логично, чтобы подарки ему делала не я.

Как относится к моей заботе, Айдар выразился довольно однозначно. Теперь я воспринимаю его слова о благодарности за усилия и их необязательность иначе. Он говорил о ненужности.

Сжимаю ручки пакета с такими же ненужными, как я мужу, босоножками и прохожу мимо.

Кажется, моя гениальная идея отвлечения шоппингом на поверку оказалась провальной. Деньги потрачены, а удовольствия…

Ускоряюсь, когда вижу вывеску одной из любимых кондитерских. Здесь, конечно, не так вкусно, как на кухне у мамы, но сладости всегда поднимали мне настроение.

Убеждаю себя, что после наполеона с нежнейшим кремом мне абсолютно точно станет всё равно. Я опять начну наслаждаться жизнью. Может быть снова позволю себе парочку улыбок незнакомому официанту, как тогда? Женщины же так повышают себе настроение и самооценку? А я теперь – взрослая женщина, пусть и сложно в это поверить.

Успеваю зайти и даже узнать у администратора зала, есть ли свободные места, но стоит парню развернуться и обвести рукой, показывая кучу не занятых диванчиков, как сердце подскакивает к горлу. Отступаю.

Я и подумать не могла, что когда-то так отреагирую на собственную маму.

Она сидит ко мне спиной. Я вижу профиль, она повернулась к Олдуз-тизе (одной из своих старинных подруг), говорит что-то и улыбается.

Парень-администратор спрашивает, проводить ли меня, а я мотаю головой и отступаю, но глаз оторвать не могу. Подмечаю мамино хорошее настроение, свежий цвет лица, узнаю одну из любимых блузок, мы выбирали ее вместе…

Сердце сжимается сильнее, я делаю еще один шаг назад.

Вместо того, чтобы подойти, разворачиваюсь и выхожу из кафе.

Из головы разом вылетает всё. Остается только тугая боль в грудной клетке. Она таилась всё это время. Я прятала ее под ненастоящим счастьем. А сейчас снова вырывается.

Быстро иду по этажу, смотря под ноги и дыша через нос.

Думаю: «как хорошо, что мама меня не заметила», и делаю себе ещё хуже. Что же в этом хорошего? Это ужас… Это просто ужас…

Меня отторгла семья, я отторгла семью. А вместо этого… Что у меня есть? Муж, который не любит и не полюбит никогда?

И через два года я выйду из брака сильной, свободной, решительной или просто никому не нужной?

Выбегаю из торгового центра с такой скоростью, как будто что-то украла. Стою на парковке, остывшие под мощным кондиционированием конечности нагреваются от летней жары. Кручу головой и не знаю, что делать.