Книга Замуж в наказание, страница 43 – Мария Акулова

— А вы куда, девушка? – Она спрашивает, скользя по мне взглядом. Я отвечаю нахмуренному парню.

— На восьмой. Дмитрий Мальцев там живет…

Он хмурится сильнее. Наверное, это лишняя информация. Митя же просто арендует…

Парень крутит в руках ключ, девочка смеется.

— Это к тем, которые новых водят постоянно…

Она смотрит уже не на меня, а на своего молодого человека. Получает от него:

— Шиш, дуреха. Нас спрашивали?

Я хмурюсь, горло пересыхает. Молчу, когда девушка возвращается взглядом ко мне. Снова проходится по фигуре, но теперь уже не с собой сравнивает, как делают все. Ей просто интересно…

— Ты красивая… Зачем с таким гондоном дело иметь?

— Маринка, язык. – Парень ее осекает. Прикладывает к домофону магнитный ключ.

— Можно я…? – На душе странное чувство. Плохо. Но на автомате спрашиваю, хмурый парень кивает и даже дверь открывает. Я ныряю в подъезд первой. Здесь пахнет сыростью. Сердце колотится. В спину летит:

— Если что – на седьмой спускайся. Квартира сто пятнадцать, я тебе налью успокоительного…

— Маринка, блять…

По позвоночнику прокатывается волна жара. Убегаю от женского смеха и мужского хмурого молчания. Не пользуюсь лифтом, поднимаюсь по ступенькам.

Вроде бы хочу поскорее позвонить в дверь, чтобы Митя открыл, а мне полегчало, но перед той самой квартирой тоже торможу. Затихаю. Стараюсь выровнять дыхание. Прислушиваюсь к громким звукам движения старого лифта. К воркованию на седьмом, щелчкам замка и хлопку двери.

Пальцы почему-то немеют. Я несколько раз сжимаю и разжимаю их, а к звонку поднимаю, затаив дыхание.

Нажимаю и держу, зажмурившись. Отпустив на пару секунд, снова надавливаю. Митя, наверное, спит. И товарищ тоже. Разбудить их – это неприятно, конечно, но парень меня простит. Откладывать некуда. У меня достаточно денег на первое время для двоих.

После второго звонка я слышу, что внутри кто-то есть. Движение. Голос. Мужской. Непроизвольно выдыхаю, хотя сердце и продолжает болезненно биться.

Замки щелкают, мне становится всё легче и легче.

Когда вижу Митю – даже улыбаюсь. Он без футболки, но я стараюсь смотреть в глаза. Вижу, что удивлен. Это вроде бы нормальная реакция, но мне почему-то больно.

— Аль, ты что творишь? – злится. Тоже логично. Сейчас должен простить.

Я ступаю ближе. Хочу потянуться к губам. Он не привык к тому, что могу проявлять инициативу, будет рад. Только мужского рта я коснуться не успеваю, в мою грудную клетку упирается рука.

Я втягиваю носом воздух. Он кажется мне слишком цветочным.

Открываю глаза, смотрю на Митю.

— Сегодня уезжаем. Я решила.

Он злится еще сильнее. Сжимает челюсти. Желваки играют. В мою кровь выплескивается новая порция адреналина.

— Что за дебилизм, Аль? Я же сказал ждать. Мы сегодня никуда не уезжаем. Ты возвращаешься домой…

Мотаю головой.

— Нет. Завтра снова придет этот. Я не хочу.

Митя недолго молчит, мы боремся взглядами. В итоге парень выдыхает, приказывает:

— Тут стой. Я сейчас такси тебе закажу. Домой едешь и ждешь, уяснила?

Мне нужно кивнуть и послушаться. Быть покорной. Но Аллах дает мне знать, как я и просила. А может дело в людях, а не в нем.

Я слышу, что в глубине квартиры что-то падает. Митя дергается, я скашиваю взгляд.

В темном коридоре убогой студенческой квартиры неаккуратно стоит брошенная спешно обувь. Не только мужская. Я застываю взглядом на женских босоножках на высоком каблуке.