Книга (Не) измена, страница 115 – Алика Фортис

— А то что? — я вмиг ощетинилась и гордо вскинула подбородок. Мои ошибки, это только мои ошибки, если такие и будут. И даже если списать всё на то, что она за меня беспокоится в своей своеобразной форме, это, как ни крути, не равно моё на то согласие.

— Тогда вообще забудь, что у тебя есть мать! — чуть ли не взвизгнула, бросив полотенце на стол.

— Ты уверена что хочешь именно этого? — я даже не шелохнулась. Если она думала таким образом меня напугать, заставить прогнуться или ещё что-то в этом духе, то сильно просчиталась. Я не хочу давать собой рулить. И неважно кому: маме, Никите или ещё кому-то.

— Мама, сколько можно? Моя жизнь, это только моя жизнь. Не нужно в неё лезть. Не нужно опускаться до мерзкого шантажа. Ты этим ничего не добьёшься, кроме того, что оттолкнёшь от себя. Хватит! Просто хватит! Мои шишки останутся моими. Не твоими! Если я решила попробовать заново, то я попробую, невзирая на твои слова. Если не получится, то ты будешь последним человеком, который об этом узнает. А знаешь почему? Потому что ты поддерживать не умеешь! Только пилишь постоянно, давишь, упрекаешь! — сама себе удивилась, что вместо того, чтоб привычно отмолчаться, выпалила ответ.

— Ну ты и мерзавка. Да если бы не я, то ты бы с дочерью на вокзале ночевала, когда он вас с вещами выставил! — психовала, тыча в меня пальцем.

— Не ожидала, что ты этим попрекнёшь. Но если уж на то пошло, он не выгонял, я ушла сама. Сама, понимаешь? И дальше я буду САМА решать, что и как делать со своей жизнью! Потому что она МОЯ! Хоть раз бы ты поддержала меня! Хотя бы один, чёртов раз!

— Да я… — начала было мать, но осеклась. Точнее, её осекли.

— Хватит, Тоня! Уже достаточно наговорила, помолчи лучше. — перевела удивлённый взгляд на отца, который был молчаливым свидетелем нашей перепалки.

— Помолчи, Витя! Я ей ещё не всё сказала. — завелась она ещё сильнее, готовая ринуться в атаку.

— Рот закрой. Если ещё раз попрекнёшь дочь тем, что она тут жила, сама на вокзал поедешь.

Всё, что я смогла, это округлить глаза и беззвучно прошептать «спасибо». Отец только кивнул и посмотрел на мать таким взглядом, который я, кажется, ещё ни разу не видела.

Он никогда не встревал в наши с ней перепалки. Всегда отмалчивался. Никогда не лез. И то, что произошло сейчас, что-то такое, что не поддаётся объяснению. Похоже, и мать не ожидала, притихла сразу. Это и ей было в диковинку.

— Дочь, если тебе нужна будет помощь, ты всегда сможешь прийти сюда. Если ты решила что-то для себя, то мне остаётся, только пожелать удачи. — сдержанно и отрывисто сказал папа.

— Спасибо. — вздрогнула от неожиданно появившегося Никиты. — Антонина Викторовна, если я ещё хоть раз обижу вашу дочь, вы можете меня первой закидать камнями. Сам положу перед вами голову на плаху. Но поверьте, такого удовольствия я вам не доставлю. И впредь, попрошу, всё же быть матерью для своей дочери. Поверьте, это в разы лучше, чем постоянные упрёки и негатив. И со своей жизнью мы справимся. Не сомневайтесь. — судя по тону, ему пришлось приложить усилия, чтоб говорить спокойно и не эмоционировать сверх меры.

Мама демонстративно отвернулась к окну, не желая смотреть в нашу сторону. Ну да, с её мировоззрением, вокруг неё одни враги. Не иначе.

— Собственно на этом предлагаю закончить дискуссию. — облокотившись о стол руками, папа поднялся. Обнял меня, пожал руку Никите, похлопал его по плечу и вышел.