Книга Притворись моим, страница 61 – Алика Фортис

— Одна? – прошла, внимательно осматриваясь по сторонам.

— Одна.

— Оно и лучше. – усевшись по -хозяйски на стул, поставила локти на поверхность стола и ещё раз окинула пространство оценивающим взглядом. – У моего мужа сейчас проблемы с бизнесом. И нам требуются финансы. – я уже начала примерно понимать, что она скажет дальше. – Так вот, ты должна продать квартиру. Нам нужны деньги, а ты и сама понимаешь, что квартира досталась тебе по ошибке.

— Нет. – я и бровью не повела. Как же все достало.

— В смысле нет? – чуть не подскочила со своего места эта женщина. От ее взвизгивания, неприятно резануло слух. – По сути, эта квартира должна была быть моей!

Как интересно получается. А где, по ее мнению, мне жить потом? Ну да, это ее не волнует, подумаешь дочь на улицу выпрет. Не велика беда.

Подойдя вплотную к столу, опёрлась о столешницу руками и криво усмехнувшись нависла над матерью.

— Может и должна была, но не стала. Твоего здесь ничего нет. Ты даже меня не в праве назвать своей дочерью или ошибкой, не суть. Потому что я тебя своей матерью не считаю. И ничего тебе и твой новой семейке не должна. Так что прекращай сюда таскаться и решайте свои проблемы как-нибудь без меня и не за мой счёт.

Если бы она сейчас по-прежнему стаяла на пороге, а не в кухне, то я давно бы захлопнула перед ней дверь. А так, приходится продолжать лицезреть перекошенное от злости лицо.

О да! Сейчас я получала садистское удовольствие отбивать ее выпады. Зря она сегодня сюда нос сунула. Сейчас у меня не тот настрой и состояние, чтоб выслушивать ее нападки. Я скорее первая нападать начну, выплескивая все, что у меня внутри.

— Ты как с матерью разговариваешь, сикуха? Совсем совесть потеряла? Больно дерзкая стала, я погляжу? – всё-таки вскочила со своего места мамаша.

— Ага, кашки-борзянки на завтрак навернула. А ты что думала? Что я тут перед тобой в реверансах рассыпаться буду? Класть я на вас всех вместе взятых хотела. Ферштейн?

— Я этого так не оставлю! Не хочешь по-хорошему? Будет по-плохому. Я в суд пойду! Отсужу у тебя эту халупу! На улице жить будешь, соплячка!

— Да иди ты куда хочешь, главное отсюда подальше.

— Лучше бы я тогда аборт сделала. – процедила сквозь плотно сжатые зубы. – А не твоего деда, маразматика, послушала! Осел старый! Вырастил на мою голову.

Слова о дедушке больно царапнули. Это тот человек, который безоговорочно меня Любил. Всю душу в меня вкладывал. Дал мне заботу, внимание, образование, крышу над головой. И любое нелицеприятное упоминание о нем поднимало во мне волну гнева.

— Ещё хоть слово про дедушку скажешь – выйдешь отсюда не своими ногами. – сказала с обжигающей холодностью прямо в ее надменное лицо, покрытое красными пятнами от гнева и негодования.

Хлопая ртом подхватила свою дизайнерскую сумочку и пронесясь мимо меня, задела локтем. Последнее, что я слышала – это хлопок двери и пропитанное ядом «сука».

У меня хороший учитель. Училась у лучшей суки. Вроде мать, а по сути чужой человек. Которому наплевать на меня и все, что со мной связано. Есть только ее выгода и ее цели. Все остальное не имеет значения.

Похоже, никому я в этом мире не нужна была, кроме дедушки. Что говорить о мужчинах, если родная мать готова растоптать и выкинуть на улицу?

Но сейчас я даже благодарна была ей за приход. На смену апатии пришли холодная собранность и какая-то, даже немного пугающая, отстранённость от всего. Во всяком случае, желание лить слезы притупилось. А это всяко лучше моего предыдущего состояния.