Книга Девочка прокурора. Запретное влечение, страница 56 – Алика Фортис

Самому себе врать не привык. Тянет к ней. Что-то запретное, но пиздец какое сильное.

Настолько сильное, что сам все возведённые ранее границы с треском порушил.

Совесть сжирала, дробя кости в пыль. Поганое чувство. Ещё поганее оттого, что снова её хочу.

Да я бы с неё не слазил. Похоть такой силы, что контроль давно дал трещину и на полном ходу, как в стену бетонную.

Поддался на провокацию.

Манкая девочка. Чистая. Упёртая.

Осознание того, что она ко мне что-то испытывает, давило как под прессом. А она испытывает. По глазам видно. Бегущей строкой транслирует.

Не уверен, что смогу ответить тем же. Похоть – это только одна сторона медали. Но есть и вторая. И здесь я чёрствый мудак, не особо заботящийся построением чего-то серьёзного.

Хотя, это было до появления Камиллы в моей жизни. Сейчас я уже ни в чём не уверен. Даже в себе.

Девочка брешь пробивает. Просачивается под кожу постепенно. Сам не заметил, как увяз. Тянет к ней.

Но вместо того, чтоб пойти и лечь рядом, курю, сидя на крыльце. Туплю в ночное небо и загоняюсь.

Но вроде как не соврал ей: моя девочка. Сказал не потому, что видел, как ей это необходимо. А потому что само проскочило. В обход здравого смысла и запрета.

Я ж собственник конченый. Раньше это касалось работы, личных границ, да даже отношений, пусть и без обязательств.

А тут всё из-под контроля вышло. Как представлю, что она ещё с кем-то и кровь вскипать начинает. По венам, как лава раскалённая бежит. Выжигает всё, кроме желания сказать «моя».

Это, мать вашу, клиника.

Сделав последнюю тягу, достал телефон. Затушил окурок и набрал номер.

— Да, Марк Сергеевич? – несмотря на ночь, достаточно бодро отрапортовал Виктор.

— Ну что там? – задал вопрос, поднимаясь на ноги.

— Ну, как я и говорил. За вами хвост. Два раза тачки меняли по пути в эту жопу мира.

Чуйка не подвела. Уверен был, что слежку установят. На рожон не лезут, не отсвечивают. Но и из поля зрения не выпускают.

Есть за что беспокоиться? Есть, конечно. При условии, что не в лом было в эти ебеня тащиться. Хотя там люди подневольные. Но, тем не менее.

— Пробили?

— Обижаете. – хмыкнул Виктор, тоже явно затягиваясь никотином. – Как вы и предполагали: люди Костецкого.

Тоже не удивило. Больше некому.

Напрягся, падла. К Камилле теперь напрямую не подступиться, знает, что последствия нагонят. Но и отпустить ситуацию не может.

Наш с ней брак многих крыс всколыхнул. Ну пусть так. Постепенно всех перебью. И Камиллу смогу защитить.

— Понял тебя. Спасибо, Вить. Держи в курсе, что к чему.

— Само собой. Они, кстати, тачку бросили на вашей улице. Дома три от вас. Я близко не маячил, чтоб не светиться. Но вроде из тачки не выходили пока.

Ещё немного перетерев, сбросил вызов. Что ж.

Надо хоть немного поспать. И так мозг кипит от перегруза. А я ему ещё больше и больше тем для размышлений подкидываю.

Окинув взглядом небольшую территорию участка, зашёл в дом.

Прежде чем пойти к Камилле, решил принять душ. С водой здесь перебои, но терпимо.

По-быстрому принял душ, обмотал бёдра полотенцем и зашёл в небольшую комнату, где на диване у стены, лежала Камилла.

Вопросов на тему, чтоб идти спать отдельно, даже не возникло. Как-то само собой было логичным, лечь вместе. Хотя до этого мы ни одной ночи вместе не провели.