Книга Грозный Шторм, страница 89 – Алика Фортис

Макс сделал предложение в свойственной ему манере. Со словами «Выйдешь за меня?» плюхнул на стол коробочку с кольцом и букетик из бумажных цветов. И с таким серьёзным видом, что закачаешься.

Ясное дело, я сразу же согласилась. Я ж не дура! Такой мужчина меня окольцевать хочет.

Вот он хоть и отпирается, что не романтик, но врёт как дышит. Стал бы не романтик снова крутить цветы из бумаги? Да вот фигушки! И этот букет дороже любых цветов, купленных за деньги.

Расписались быстро. Заморачиваться не стали, да и некогда было. Рейс же. Платье я, конечно, надела. Макс тоже костюм прикупил.

Классическая церемония в ЗАГСе и самые близкие рядом. Но при условии, что близких у нас немало, ведь команда как семья, то народа было прилично. Плюс родственники Макса и моя подруга со своей тётей, которая меня и пристроила к нему на корабль.

Макс, после того как кольцо мне на палец надел, предлагал его ещё на клей посадить, чтоб сидело крепко, пока он в рейсе будет.

Но я ему сказала за своим следить лучше. Особенно в случае, если опять на борт возьмут русалку с большими поплавками. Тогда уж сразу, до того как эта ундина на палубу шагнёт, самозабвенно ей в лицо пальцем тыкать.

Желательно безымянным на правой руке и среднем на левой. Комбо! Чтоб максимально доходчиво.

В общем, посмеяться и поприкалываться мы и на свадьбе умудрились. А здорово же? Не скучно, весело. Нам с ним вообще не до скуки, когда мы вместе.

Не то что сейчас. Сейчас я скучала без своего Шторма. Штормит тут уже меня. И не слабо.

Выйдя на остановке, пошла к дому. Бесит. Прям сильно. Так и не привыкла к тому, что сейчас без него. Я ж за ним как хвостик. Куда он, туда и я. И наоборот.

Ладно, немного потерпеть осталось. Через две недели он будет дома. Двадцать седьмого возвращается. А двадцать шестого у меня день рождения. Можно считать, подарочек сам мне в руки приплывёт.

Зайдя в квартиру, скинула обувь и пошла мыть руки. Потом на кухню. Голодная, слона бы съела. Пока кулинарила, позвонили в дверь.

Вытерев руки о полотенце, пошла открывать.

— Анечка, ну ты как, моя хорошая?

— Здравствуйте, Вера Михайловна, – поприветствовала маму Макса и обняла. – Проходите.

С ней мы поладили сразу же. Она, пока Макс в рейсе, часто заезжает. Интересуется моими успехами в учёбе, помогает с готовкой, хотя я и сама могу. Да вообще спасает от скуки.

— Как себя чувствуешь? Бледненькая какая-то, – даже головой покачала. – Опять тошнит?

Ага. Тошнит. Да меня полощет временами, как из брандспойта.

Ах да. Я ж о главном не сказала. Макс был очень аккуратен. Аккуратен настолько, что поселил во мне двойню. Двойню, блин! Аккуратист, фигов.

Сделал дело и аккуратно ушёл в рейс.

Сначала прибить его хотелось. А потом резко– бац! – и расцеловать. Постарался, чтоб мне не скучно было. Позаботился. Почти получилось. Но просто по нему всё равно тоскую.

— Да, как обычно. Просто спать хочется, – ответила маме Макса, отпивая чай с лимоном.

Мне спать теперь всё время хочется. Ещё проснуться не успеваю, а уже чувствую, что устала и не прочь вздремнуть повторно. Ну в какие это ворота? Как медведь, готова впасть в спячку до весны. И будь моя воля, так бы и сделала. Но надо на учёбу мотаться.

И так с этим академом время упустила. А по сути, остался ведь последний курс. Надо поднажать. По моим подсчётам, как раз и рожу, и диплом получу. Вот весёлые денёчки будут.