Книга Грозный Шторм, страница 69 – Алика Фортис

Да не. Глупости. Точно так же мы бы и без Анютки попасть могли.

Вся разница: с ней или без неё, заключается в том, что сейчас волнительнее. За неё преимущественно. Чтоб не испугалась, чтоб не случилось ничего, не ударилась, потому что болтает корабль крепко.

Настолько крепко, что даже мне непривычно. Я, конечно, капитан. В море половину жизни провожу. Сам по себе мужик не хилый. Яйца есть и, даже можно сказать, стальные. Но даже у меня в такие моменты очко играет.

А как иначе? Это здоровая реакция организма. Если инстинкт самосохранения напрочь атрофирован, то, считай, уже нежилец. А если умеешь испытывать страх, значит, из опасности себя всяко спасти попытаешься. И не только себя.

— Твою мать! – не зря про инстинкт самосохранения вспомнил! Прям к месту.

— Что такое, кэп? – встрепенулся Димон, осматриваясь по сторонам. – Это Анюта, что ли? – удивился не меньше моего.

Только я ещё и перепугался. Какого рожна она на палубе забыла? Сейчас! В такую погоду, когда вся палуба водой омывается со всех сторон. Смоет к чертям собачьим и моргнуть не успеет!

— Побудь на мостике, я быстро, – кинул Диме и сорвался с места.

Пока спускался по лестнице, перепрыгивая через хренову гору ступенек за раз, думал: поседею!

Ну что за шилопопое создание? Вот чего её потянуло в такую погоду? Воздухом подышать? Или солёной водой умыться?

— Аня! – рявкнул, выбежав на палубу. – Бегом ко мне! – у меня, блин, волосы дыбом! Прибью! Ей-богу, прибью.

Сам к ней навстречу рванул. Можно сказать, в охапку сгрёб и обратно ломанулся.

— Ты чего забыла на палубе? – стоило зайти на закрытую лестницу, ведущую в рубку, как тут же принялся её отчитывать: – Ты хоть знаешь, как опасно там в такую погоду? Туда опытные моряки в шторм без страховки не выходят, потому что смоет на хрен. А ты куда полезла?

Я даже не столько злился на неё, сколько перепугался. Как представлю эту картину: она, волны, открытое море, и беспомощность так накрывает. Забрало падает и всё, сам себя не помню.

— Я к тебе хотела. Страшно в каюте одной. Там так качает, – только сейчас понял, что моя бедовая девочка всхлипывает и шмыгает носом.

Ну да етит твою налево! Тут я вообще бессилен. Устоять и держать себя в руках нереально. Плачет она, а размазывает меня.

— Ну, давай успокаивайся. Я не напугать тебя хотел, сам испугался просто. Нужно было кому-то из парней сказать, тебя бы провели, – немного приподнял её лицо и заглянул в глаза. – Как увидел тебя на палубе, так годков десять сразу отминусовало.

— Извини, я не хотела пугать и заставлять нервничать. Просто к тебе очень хотелось, – во, уже узнаю знакомый блеск в глазах. – А парни там носятся как ошпаренные, только страшнее становится. Ну а Рому с Лёшей и Макаром я не нашла. Пошла сама.

— Ладно, пошли наверх, – взял её за руку и потянул следом за собой по лестнице.

Не смыло, и слава богу. Деваха и так боится, а тут ещё я ору как потерпевший. Хотя всыпать ей и по заднице надавать – руки так и чешутся. Но это успеется, потерплю немного.

Поднявшись в рубку, усадил Анютку в кресло, а сам встал рядом с панелью управления. Она сначала как мышка сидела. Потом с Димоном начали что-то обсуждать. А когда я в очередной раз пошёл считывать показания барометра, подскочила ко мне.

— А что это за штуковина? – спросила, выглядывая у меня из-за плеча.