Книга Две луны, страница 3 – Степан Сказин

В дни чемпионатов Пес ходил точно наэлектризованный. От него тогда легко можно было получить в рыло — так что самые оторванные «сварщики» становились тише воды и ниже травы. Но Пес все равно нападал на кого-нибудь — чтобы снять напряжение. И в восьмидесяти пяти процентах случаев несчастной жертвой был я.

Пес хватал меня за грудки:

— Эй, черт!.. Ты почему за «Гончих псов» не болеешь?..

— Я… я не увлекаюсь футболом… — еле слышно лепетал я. Понимая: что бы я ни промямлил — от жестокой расправы мне не спастись.

— Ты что — не пацан?.. — наседал Пес.

— Пацан…

— А вот и не пацан!.. «Гончие псы» — оле-оле-оле!..

Пес сбивал меня подножкой и — пока я падал — успевал достать меня пудовым кулаком. Наступал на меня ботинком — отчего на моей форме оставался грязный след. И плевал мне на волосы. Мне оставалось только молиться, чтобы в коридоре нарисовался Полковник или другой строгий преподаватель, способный утихомирить Пса.

Пса волновала честь любимой команды. Вора — понты и червонцы. Вор был двухэтажный детина с квадратными плечами. Он любил напевать:

— Скольких я зарезал…

И нарочно закатывал рукав — чтобы продемонстрировать вытатуированного пониже локтя скорпиона. Скорпион был эмблемой какой-то крутой банды головорезов.

Вор страшно гордился своим братом — три года отсидевшим в тюрьме. Любил свистеть — и разговаривал на уголовном жаргоне: «ментяра» — «курю бамбук» — «фраер».

Из четырех «ферзей» Вора боялись меньше всего. Сам он откровенно лебезил перед попом Гаврилой и рыжим Адольфом. Но мне от этого было не легче, когда — зажав меня в углу — Вор скалил гнилые зубы, подносил к моему лицу заточку и спрашивал:

— Баблосы есть?.. А если найду?..

Денежка, которую мама выделила мне на покупку обеда — перетекала Вору в карман.

Ростом с многолетний дуб, чуть сутулящийся, бородатый — поп Гаврила вызывал больше ужаса, чем Пес и Вор, запряженные в одну колесницу. Поп Гаврила в третий раз пытался получить диплом сварщика — и был старше всех в группе. Отсюда и обильная растительность на обезьяньем лице Гаврилы.

Почему Гаврила — и почему «поп»?..

Очень просто. Амбал числился в активе САГ — «Союза архангела Гавриила». Так именовалась молодежная околоцерковная организация — которая ставила своей задачей «жесткую бескомпромиссную борьбу за традиционные православные ценности». Врагами «Союза…» были мусульмане, накрашенные девушки в мини-юбках и «мамкины дрочеры-аметисты» (атеисты). Свою «правоту» САГ отстаивал весьма хулиганскими (что бы не сказать: разбойничьими) методами.

— Ух, повеселились!.. — хвастался, тряся бородой и вихрами похожий на лохматого жирного гоблина поп Гаврила, придя в колледж после выходных. — Разгромили выставку проклятых чертей-эволюционистов!.. Я тому профессору лысому очки и харю разбил. Надо было ему в зад фальшивую косточку ихтиозавра запихнуть… Эволюция — это сатанинский бред. Ловкая выдумка скотов-ученых!.. Все так называемые «окаменелости» — подделки. Не было никаких мамонтов и птеродактилей. Бог за шесть дней сотворил весь мир — включая светила и животных — семь тысяч лет назад!.. И человека вылепил из праха земного… А тот, кто верит в эти россказни про эволюцию — будет на большом вертеле жариться в аду!..

И надо же мне было — из какого-то странного упрямства — заикнуться, что я материалист и считаю, что человек произошел от спустившейся с дерева обезьяны. О, Гаврила меня люто возненавидел!.. Чего только он не творил со мной на переменках. Да и на уроках — если учитель выходил.