Книга Отпуск в другом мире, или Жених-колдун в наказание, страница 63 – Нора Арон

Я покивала, именно это я и предполагала.

— Но вы не могли быть в стороне… крутились неподалеку. Что, совесть замучила? — я откровенно грубила, но не могла сдержаться.

— Заслуженно. Не буду спорить. Мне нечего тебе сказать в оправдание… — ведьма помолчала, — разве что… дети не должны держать ответ за деяния своих родителей. Я ошиблась тогда… и почти сразу поняла, что натворила. Попыталась разорвать образовавшуюся связь — и не смогла. Я ведь и себя наказала, знаешь ли…

— О чем вы?

Женщина вернулась к окну и встала вполоборота.

— А сколько, по твоему, мне должно быть сейчас лет?

Да, как-то не подумала. Вот вам и умная Катя.

— Вы …

— Не постарела ни на день… внешне. Зато внутри…, — Индира покачала головой, — … я устала, измучилась душой. Ты думаешь, мне было легко наблюдать за страданиями молодых Маркшоу. Я не желала смерти родителям Микаэля. Воистину, каждый получает по заслугам… но ведь мальчик ни в чем не был передо мной виноват. А я никак не могла ему помочь… Вот в чем ужас ситуации.

Я смотрела на ведьму, проклявшую род моего мужа, причинившую столько боли и горести мои любимым… и жалела ее. Я пришла сюда судить и вынести приговор. Но, по-моему, мисс Матиас уже испила свою горькую чашу до дна. Здесь мне некому мстить.

— Только один вопрос: почему родители Микаэля не сняли проклятье? Ведь, они любили другу друга, верно?

— Боюсь, ответ в самом вопросе. Если бы любили оба — спаслись бы…

Понятно. Я двинулась к выходу.

— Куда же ты? Разве, ты не хочешь ничего у меня спросить или наказать меня?

Я взялась за ручку двери и оглянулась.

— Вы уже наказаны. Не бойтесь, я не скажу Аарону о вас.

Она долго вглядывалась в мое лицо, в ее глазах стояли невыплаканные слезы.

— Ошибиться может каждый… Главное, вы все же не оставались в стороне… Я почему-то уверена, что это именно вы настояли на обучении Микаэля в нашей школе, в моем классе. Это вы были той служанкой, в доме Сили и пытались подсказать мне, что делать… И я благодарна вам за это.

— Как ты догадалась? Я имею в виду, что меня выдало?

Я указало взглядом на ее шею. Она озадаченно пошарила рукой и сжала кулон. Улыбнулась и прикрыла глаза. Одинокая слезинка скатилась по щеке.

— Вы его простили?

— Не сразу… но да, простила…

— Тогда простите теперь саму себя… Каждый заслуживает второй шанс.

Я тихо вышла и аккуратно прикрыла за собой дверь.

Секретарь недоуменно глянула на меня, мол, решили свой срочный вопрос.

Точно, я ведь хотела написать заявление на увольнение. Думаю, теперь меня спокойно отпустят.

Я умоляюще сложила руки перед собой, прося не сердиться. И снова вошла в кабинет директора.

— Прошу прощения, совсем вылетело из головы…

Я запнулась и замерла на полуслове. Кабинет тот же, обстановка та же, но вместо директрисы за письменным столом заседает какой-то мужик в круглых очках в роговой оправе и уминает котлету за обе щеки.

— Валентин Михайлович, простите, что я ее пропустила. Сказано, вопрос больно важный… никак не дождаться до конца обеденного перерыва.

— Ничего — ничего, Викуся. Это же наша звездочка, как не пустить. Что-то забыли, Екатерина Алексеевна? Кстати, как прошел ваш отпуск? Хотите раньше выйти на работу?

Несколько секунд я собиралась с мыслями, они никак не выстраивались в логическую цепочку. Наконец, я зацепилась за слово «работа», прокашлялась и решительно объявила.