Книга Командор. Том 4, страница 8 – Никита Киров

За окном батальон бойцов с «Копья Севера» проводил строевую подготовку. Бравые десантники в ногу маршировали по дороге, распевая старую строевую песню:

— Нам небо заменит дорогу,

А Крепость — родительский дом.

Мы первыми встретим тревогу,

Последними с боя уйдём.

— Маршируют неплохо, — отметил я. — Мы перед Фледскартом тоже были в этом хороши.

— Я помню, — процедил генерал.

— Тогда скажу начистоту, Евгений Фёдорович, раз просите, — произнёс я. — Это не то, что они должны изучать сейчас, когда страна на грани войны. От этой подготовки, — я показал на строй, — мало толку в бою. Это потеря времени. Я бы вместо этого учил их плавать или идти в горы с грузом. И это после того, как научатся прыгать с парашютом в любых условиях.

— Вы слишком откровенны, командор, — заметил Кондратьев. — И всё же, офицер должен быть более дипломатичным. Особенно в вашем звании. Ведь командор куда более значим, чем полковник.

— Дипломатия — не мой конёк.

— А жаль. Потому что вам ещё нужно взаимодействовать со многими командующими, Дмитрий, и они такую прямоту не любят, даже когда просят об этом. Хотя, конечно, император вами очарован, поэтому другие будут терпеть, но некоторые против этого назначения.

— Против какого назначения, Евгений Фёдорович?

— С сегодняшнего дня, командор Климов, — официально произнёс генерал Кондратьев, — вы назначаетесь заместителем командующего воздушным десантом империи по боевой подготовке. То есть — моим.

— А моя часть?

— Пока руководите и ей, но готовьте себе замену. Ваша главная задача — обеспечить слаживание и подготовку всех частей имперского десанта, а в дальнейшем — всех соединений ВДВ в империи. Они скоро переходят под наше прямое командование. Десант будет единым кулаком, чего я добивался много лет.

— Я понимаю, — проговорил я.

Это огромное повышение, слишком серьёзное для меня, даже для Небожителя. Но задача очень большая. У меня ушло много месяцев, чтобы подготовить наш десант. И это притом, что у нас был боевой опыт.

А сейчас войск намного больше, и не все из них воевали.

Но этим надо заниматься. Вообще, этим надо было заняться давно. Но это даёт возможности для победы. Десант с единым командованием способен на большее.

— У нас тысяча профессионалов с «Императрицы», — начал перечислять Кондратьев по памяти, — ещё пятьсот обученных, но необстрелянных парней с «Копья». Ещё пять с половиной тысяч линейных имперских десантников, не приписанных к крепостям, и восемнадцать тысяч бойцов ВДВ в региональных армиях. Плюс пятьдесят тысяч в мобилизационном резерве. И это я не считаю вспомогательные войска.

— Немалая сила, — сказал я.

— И их нужно обучать для современной войны. Сначала десант «Копья» и имперский, а затем — всё остальное. Под наши стандарты. Под ваши стандарты, командор, — подумав, добавил он. — Полномочия будут, право на перестановки тоже. Потому что время для этого ушло, и действовать надо быстро. Через час совещание по обстановке, и затем ещё одно, когда я вернусь из ставки.

— Принято. Будем работать, господин генерал, — сказал я.

— Рад слышать, командор, — сухо произнёс Кондратьев.

Новость была неожиданной, а срок всего этого вышел ещё вчера. Ещё и Кеннет обрадовал:

— Не просто так, Дима, это всё, — сказал он. — Все говорят, что Кондратьев готовится уйти в отставку. И если ты проявишь себя, то станешь имперским генералом и командующим всем десантом.