Книга Загадочная история Аллана Уэйна, страница 31 – Рита Хоффман

Я чувствовал себя опустевшей оболочкой, коконом, который покинула бабочка, завершив метаморфозу. Все, что происходило со мной, напоминало непрекращающийся кошмар, и я не мог понять, как избавиться от сжимавших грудь страха и уныния, превративших мою жизнь в череду леденящих кровь событий и странных происшествий.

Хрупкую фигуру в черных одеждах я заметил издали. Сперва решил, что не стану нагонять ее, но тут же вспомнил об убийце, который, возможно, все еще таился в городе.

— Мисс Томеску! Мари!

Она остановилась и обернулась, терпеливо дождалась, пока я подойду ближе, и лишь после этого тихо спросила:

— Вам тоже опротивело сидеть в четырех стенах?

Мари напоминала мне беспечного ангела, по глупости сорвавшегося с небес и вынужденного скитаться по земле в поисках утешения. Красота ее заслуживала быть увековеченной, а взгляд… О, этот взгляд невероятных голубых глаз!..

— После всего, что случилось, вам не следует гулять одной, – заметил я.

— Мне ничего не угрожает, – отмахнулась Мари.

Она сказала это так уверенно, будто убийца лично поклялся ей ни за что ее не трогать.

— Позвольте составить вам компанию. Если хотите, я просто пойду следом и не стану докучать вам разговорами.

— Отчего же? Я буду рада поговорить с вами, отец Уэйн.

Мы медленно пошли вперед, едва касаясь друг друга плечами. Вопреки обыкновению, Мари была не в платье, а в черной блузе, жилете и брюках. Сапоги для верховой езды и плащ завершали столь непривычный образ.

— Вы плохо спите.

Мари не спрашивала, а утверждала, и я кивнул, подтверждая ее слова.

— Я тоже. Мне кажется, что смерть стоит у моей постели и ждет, когда я закрою глаза, чтобы напасть. – Мари вздохнула. – Только прошу, не нужно считать меня впечатлительной особой, которая не может справиться с собственными фантазиями.

— После всего, что здесь случилось, нет ничего удивительного в том, что вас мучат кошмары. Я тоже страдаю от них.

— Правда? – Мари внимательно посмотрела на меня. – И как вы справляетесь?

«Никак. Я босиком бегу в церковь, надеясь, что по пути меня не растерзает порожденный моим же воображением зверь».

— Мисс Питерс передала мне травы, помогающие уснуть. – Я почти не соврал.

— Как жаль, что наши семьи в плохих отношениях. Мне бы очень пригодились такие травы.

— Между вами что-то произошло? – осторожно спросил я. – Миссис Питерс и ее дочь показались мне хорошими людьми.

«Даже после того как выдворили меня из своего дома».

— Вы правы, они хорошие люди. А вот мы… – Мари печально улыбнулась.

— Вы выглядите как человек, которому все же нужно исповедаться, – выпалил я. – Тяжесть, лежащая на вашем сердце, заметна невооруженным глазом.

— Завидую верующим людям: у вас всегда есть Бог, к которому можно обратиться, – тихо сказала Мари.

— Но разве вы не…

— Отец Уэйн, – перебила она, – после всего, что я видела, моя вера исчезла сама собой. Если бы Господь действительно наблюдал за нами, Он бы никогда не позволил…

Дорогу нам преградил экипаж. Я закрыл Мари собой, чудом сумев уберечь ее от гибели под копытами лошадей. Дверца распахнулась.

— Немедленно залезай!

Леди Эмма выглядела разъяренной. Алые пятна румянца покрывали ее лицо и шею, а губы превратились в тонкую линию. Она буравила дочь взглядом.

— Погода чудесная, матушка, лучше прогуляйся с нами. – Фальшивая нежность в голосе Мари резала слух.