Книга Загадочная история Аллана Уэйна, страница 167 – Рита Хоффман

Медленно, но уверенно я обзаводился новыми знакомствами. Когда ты один из немногих людей, способных вытащить из человека бесплотного демона, тебя уважают. Политики, аристократы, просто состоятельные леди и джентльмены, столкнувшиеся с неприятностями, – все они должны мне. И я собирался использовать их влияние, чтобы изменить хоть что-то в Обществе. Неторопливо, но планомерно. Я шел к цели, и каждое препятствие лишь мотивировало меня продолжать. Наконец-то я, кажется, был на верном пути.

Мои мысли прервали. Почувствовав порыв ветра щекой, я отточенным движением достал из кобуры пистолет, направил его на незваного гостя, усевшегося рядом, и только после этого открыл глаза.

Ну конечно.

— Что ты делаешь на территории Ватикана?

— Ты думал, я загорюсь, как только ступлю на священную землю?

Все та же острая ирония, сквозящая в каждом слове. Все те же смешливые глаза, на дне которых плещется ледяная бездна личного ада.

— Убери оружие, я не собираюсь убивать тебя, церковный мальчик.

Доверял ли я ему? Едва ли. Но все же спрятал пистолет в кобуру и принял непринужденную позу, откинувшись на деревянную спинку скамьи.

— Ты стал похож на уменьшенную копию Рето, – фыркнул Александр, доставая портсигар из внутреннего кармана жилета. – Щетина, да? Пытаешься казаться старше?

— Скорее, пытаюсь увидеть в зеркале другого человека, – беззлобно ответил я. – К тому же я действительно стал старше. Значительно. Ты тоже изменился.

Его лицо стало еще более гладким и напоминало мраморную маску. Тонкие прожилки вен проглядывали сквозь бледную кожу, запястья выглядели хрупкими, а пальцы с длинными когтями – ломкими. Волосы лежали на плечах, словно он давно не заглядывал к парикмахеру. Единственное, что осталось неизменным, – уникальная россыпь светлых пятен, почти слившихся с побледневшей кожей.

— Женщины находят это очаровательным.

— Прошу прощения?..

— Пятна. Белые ресницы. Седые пряди в волосах. – Александр выдохнул дым.

— Прошло так много времени, ты все еще слышишь мои мысли?

— Они написаны на твоем лице, церковный мальчик. Не нужно быть вампиром, чтобы читать тебя как открытую книгу.

Я немного стушевался. А ведь мне казалось, что за шесть лет, проведенных в стане экзорцистов, я стал увереннее.

— Зачем ты здесь?

— Решил, что ты страдал достаточно долго. Пришел, чтобы облегчить твою ношу. – Подумав, Александр добавил: – К тому же Мари едва не довела меня до безумия бесконечными просьбами сделать это. Она умеет быть чертовски надоедливой.

— Оу… – выдохнул я.

— Почему ты не связывался с ними? – неожиданно жестко спросил Александр. Его взгляд впился в мое лицо.

— Наши дороги разошлись. – Я пожал плечами. – Зачем бередить старые раны?

— Ах раны? И ты, конечно же, спросил их мнения об этом, верно? Эгоистичный сукин сын – вот ты кто, Аллан Уэйн Тиррелл.

Я усмехнулся, но возражать не стал. Александр был прав: исчезнув из жизни Охотников, я думал не о них, а о себе. Хотел оставить в прошлом все, что напоминало мне о человеке, быть которым я больше не хотел.

— Сказал вампир, который сбежал на край света и впал в спячку под присмотром старого демона-лиса. – Я покачал головой. – Думаю, мы можем считать, что я научился этому у тебя.

— Чему?

— Сбегать от проблем, Александр. – Я закинул ногу на ногу и склонил голову к плечу. – От проблем и от людей, которым ты дорог.