Книга Загадочная история Аллана Уэйна, страница 128 – Рита Хоффман

— Боже… Неужели ничего нельзя было сделать?

— Демонов можно изгонять, но экзорцистов осталось слишком мало. Мы вызвали одного из Дюссельдорфа, но он не успел добраться.

— Экзорцисты?.. – Нервный смешок сорвался с моих губ. – Только не говори, что они сотрудничают с Церковью.

— Прости, но я все же скажу: изгнать демона может только священнослужитель. Из тебя, кстати, мог бы получиться неплохой экзорцист. Если бы ты захотел, – поспешно добавил брат. – Как я уже сказал, их осталось слишком мало, и они рассеяны по миру. Если Пожиратели Времени не успевают быстро перекинуть экзорциста из одной точки в другую, одержимый почти всегда погибает. Демоны – это слишком сложно даже для Охотников. Они тоже Чудовища, но из… другой плоскости, понимаешь? Часто бестелесные и совершенно безумные.

— Откуда они берутся?

— Понятия не имею. Они просто есть, как и другие Чудеса и Чудовища.

— Наш мир удивителен.

— И опасен.

Мы сидели на крыльце и смотрели, как снег медленно падает на землю.

— Экзорцисты… – медленно произнес я. – Думаешь, у меня есть шанс стать одним из них?

— Конечно. Боже, тебя поддержат все, даже мама! – Оскар заметно оживился. – С поддержкой Сент-Моров для тебя будут открыты любые двери! Но, Аллан…

— Да?

— Тебе все же придется научиться стрелять. Для начала.

— Начнем обучение? – шутливо предложил я.

Запустив руку под куртку, Оскар вытащил из кобуры револьвер и серьезно ответил:

— Я готов. Мишени за домом.

Это превратилось в маленькую, но значимую для меня традицию: по утрам Оскар приносил мне еду, а после мы уходили вглубь заброшенного облетевшего сада, и он учил меня стрелять. Мишенями нам служила преимущественно кухонная утварь: старые чашки, горшки, салатники и даже пустые бутылки.

Брат не соврал: стрелял он прекрасно. В моей же руке револьвер дрожал, я часто промахивался, но не оставлял попыток добиться хоть сколько-нибудь сносного результата.

Сам не знаю почему, но я вдруг почувствовал, что это важно для меня. Нажимая на спусковой крючок, я вспоминал гулей, баргеста, неустанно следующего за мной, и, конечно же, Александра. Нет, его лицо не появлялось на месте мишени, но злость, вспыхивающая в моей душе каждый раз, когда я вспоминал о его лжи, подпитывала мое упрямство.

— Люди Паскаля учили тебя стрелять? – будто невзначай спросил брат.

— Пытались. Но, как видишь, безуспешно. – С моих губ сорвался самоуничижительный смешок.

— Ты продрог, давай вернемся в дом, – предложил Оскар, потирая покрасневшие руки. – У тебя стало получаться.

— Едва ли. Я с трудом могу попасть в стоящую бутылку, что будет, если мне придется стрелять в подвижную цель?

— Я учился этому годами, не будь к себе так строг. Пойдем.

Нога почти не беспокоила меня, в отличие от мыслей. Следуя за братом, я снова и снова возвращался к вопросам, терзающим меня со дня похищения: что дальше? Как долго меня будут держать в этом доме? Попытается ли Оливет снова заманить Александра в ловушку?

В небольшой столовой нас ждал ужин. Охотники сменяли друг друга на кухне, и некоторые из них готовили действительно сносно.

— Спелись.

Оторвавшись от тарелки, я вскинул голову и уставился на Оливет. Мы не виделись со дня аукциона, и за это время она стала выглядеть еще более уставшей.

— Есть новости? – спросил Оскар, когда Оливет села за стол.