Книга Ловец Чудес, страница 26 – Рита Хоффман

После этой фразы я не смог сдержать улыбки.

— Войдите в мое положение, мистер, у меня ведь совсем нет друзей.

— Как странно! – Я рассмеялся.

— Вот именно! Я умна, образованна и вижу чуть дальше собственного носа. Поэтому с женщинами мне скучно, а мужчины выводят меня из себя.

— И кем я являюсь в этом простом уравнении?

— Иксом, – без промедления ответила она. – Вы, Арчи, неизвестное, которое я собираюсь найти.

Мисс Миллз настолько поразила меня своей страстной речью, что я даже не обратил внимания на то, что она время от времени переходит на «ты». Да и уместно ли думать о таких мелочах, когда тебе предлагают дружбу? Конечно, обычно так не происходит, люди сперва узнают друг друга, затем сближаются, но с этой леди все не как «обычно». И в этом есть определенный шарм.

— Будь по-вашему, мисс Миллз. Но соглашаюсь я исключительно ради Шелли и ее «Прометея», читать которого у меня нет никакого желания.

— Вы чудо, Арчи, – выдохнула она. – Когда мы сможем встретиться снова?

— Через несколько дней я уезжаю, возможно надолго, – ответил я.

— Значит, завтра, – решительно заявила Дебора.

— А вы времени зря не теряете.

— Жизнь слишком коротка, чтобы тратить ее на скучные книги и пустых людей. Проводите меня до ворот, там и расстанемся, но только до завтрашнего вечера. Я еще не показала вам могилу Карла Маркса.

Я предложил ей руку она, задумавшись на мгновение, взяла меня под локоть, и мы направились в сторону выхода. Суеверный ужас отступил, хайгейтские тени больше не казались опасными, на душе вдруг стало хорошо и спокойно. Я увидел, как в свете фонарей сияют капли влаги на мраморных фигурах, как природа пытается поглотить надгробия и склепы, обнимая их ветвями деревьев. Растения крошат камень, напоминая: жизнь сильнее смерти. Рано или поздно все вернется в лоно матери-земли и цикл начнется заново.

— До завтра, Арчи. Я буду ждать вас на том же месте.

— До завтра, – кивнул я. – Доброй ночи.

До дома я хотел пройтись, немного развеяться, но вдруг понял, что очень устал. Пока ловил кеб, думал о том, что сказал мне Теодор, и внутренне посмеивался над ним. Каково же будет его удивление, когда он узнает, что никаких поцелуев под луной не было!

Нужно будет их познакомить, решил я. Теодор с ума сойдет от одного вида Деборы, она наверняка покорит его; и тогда я сам смогу советовать ему не целовать ее, чтобы окончательно не пропасть.

Странно, но весело от этой мысли мне было недолго. Садясь в кеб, я уже злился и на себя, и на Теодора, и на возможное знакомство моих друзей. Это что, ревность?

— Какая чушь…

— Вы что-то сказали, сэр? – спросил водитель.

— Нет, простите. Так, мысли вслух, – ответил я.

Филипп встретил меня у ворот, впустил на территорию особняка и, не сказав ни слова, поднялся по рассохшимся ступеням к покосившейся входной двери. Про себя я отметил, что в таком месте легко избавиться от тела. Если Коллекционер прикажет, его бритоголовый помощник просто закопает меня в запущенном саду, и никто никогда не найдет моих останков.

Надеюсь, до этого не дойдет.

Я вошел в заброшенный дом и попытался придать лицу уверенное выражение. Ночные прогулки по Хайгейтскому кладбищу укрепили мой дух, так что каким-то старым особняком меня уже не испугать. Наверное.

— Куда нас отправят? – спросил я, поднимаясь на второй этаж следом за Филиппом.