Книга Ведьмин час, страница 82 – Рита Хоффман

— О, Премилосердый Боже, Отче, Сыне и Святый Душе, в Нераздельней Троице поклоняемый и славимый, призри благоутробно… – заголосил Млад.

— …в святом служении Твоем укрепи и сохрани нас, молим Тебя, услышь нас…

— …Господь, воскресший из мертвых, помилуй нас…

— Все святые мученики, молитесь о нас…

«Аминь» разнеслось под сводами церкви, и все стихло. Что-то теплое прижималось к боку – Варна приоткрыла глаза и увидела Свята, приложившего ладони к ее ране. Из-под дрожащих ресниц пробивался свет, белый, чистый, словно его глазами смотрел сам новый Бог. Сердце забилось медленнее, руки перестали дрожать, боль почти прошла. Она хотела сказать ему что-то, поблагодарить, но застыла, пригвожденная к полу сияющими глазами. В этом мягком свете Варна увидела сонмы ангелов, покровительство и защиту – все то, что обещает церковь. Ей показалось, что она наконец готова уверовать, но видение рассеялось; Свят моргнул – и глаза его стали привычными, серыми, полными непролитых слез.

— Лучше? – обеспокоенно спросил он.

— Намного, – удивленно ответила Варна, пытаясь избавиться от наваждения. – Боль утихла.

— Но рана не затянулась, – разочарованно сказал Дарий и уставился на Свята с таким осуждением, будто это он был Господом и решал, спасти Варну или нет.

— Бог не ярмарочная ведунья, исцеляющая раны плевком и грязью, – раздраженно сказал Свят. – Если кровь очистилась, то у нее появилось время.

— А что толку? – не унимался Дарий. – Сегодня или завтра, но смерть придет за ней.

— За нами, – влезла в разговор Варна. – Дайте мне хоть мгновение передышки! Оставьте свои споры, надоели.

— Ничего не меняется, – усмехнулся Млад и протянул ей руку, помогая встать. – Я рад вас видеть.

— Ты изменился. – Варна обняла его и похлопала по спине. – Округлел.

— Это правда, – рассмеялся он. – Оказывается, живот идет в придачу к сану.

Варна позволила себе улыбнуться. Дарий скованно повел плечом и пристально посмотрел на Млада.

— Я на тебя зла не держу, – сказал Млад. – Когда гнев прошел, я понял, как мне повезло: живу на святой земле, буквально у Бога за пазухой, пока вы каждый день встречаетесь с нечистью лицом к лицу. Ты, можно сказать, спас меня, и я тебе благодарен.

— Вот так раз, – пробормотал Дарий. – Я-то думал, что от твоей ярости мне на голову упадет колокольня.

— Не сегодня, друг, не сегодня.

Млад сгреб Дария в охапку и не отпускал до тех пор, пока тот не обнял его в ответ. На лице Дария читались испуг и замешательство, но Варна чувствовала щемящую тоску, разрывающую его нутро. Он был рад этой встрече, рад снова оказаться дома.

Млад посвящал Свята в дела церкви, а тот притворялся, что внимательно слушает, но Варна видела, как время от времени мутнеет его взгляд. Свят уходил в себя, обдумывал что-то, продолжая рассеянно кивать.

Млад рассказал им, что в катакомбах давно никто не живет: сироты теперь в приюте, а служителей в церкви осталось так мало, что им хватало трех келий, расположенных за общим залом.

— Займем нашу комнату? – Дарий остановился перед дверью.

Она посмотрела на него и вздрогнула – вот он, девятнадцатилетний, в их доме, будто и не было последних десяти лет. Он застыл во времени, как и весь приход. Вот только ее юность осталась в прошлом, руки огрубели от рукояти меча, на теле появились новые шрамы, а Свят и вовсе превратился в отмеченного Богом воина. Время проходило мимо Дария, но их оно не пощадило.