Книга Ведьмин час, страница 71 – Рита Хоффман

Когда игла вошла в плоть, с губ сорвался предательский стон. Варна закусила губу, по щеке скатилась слеза, а за ней еще одна. Рану жгло сильнее, чем прежде, потому что Свят шил ее освященной нитью, которой латают себя Светозарные. Прикосновения серебра были невыносимы, но куда страшнее умереть от потери крови, бесславно, скоропостижно, не совершив в жизни ничего, чем стоило бы гордиться. Еще хуже было знать, что, как только ее глаза закроются, Дарий отправится в Навь.

— Смотри на меня, – резко сказал Свят, и она осоловело заморгала. – Не позволяй ей терять сознание!

Дарий похлопал ее по щекам, но навалившаяся дремота оказалась настолько сильной и манящей, что сопротивляться ей стало невозможно.

— Не могу… – пробормотала она. – Хочу спать.

— Варна, смотри на меня, – потребовал Свят. – Варна!

Но она почти не слышала его, как тогда, на реке, много лет назад. Над ней снова текла вода, по которой уходят люди, ей стало хорошо и спокойно. Она просто хочет отдохнуть, совсем немного поспать. Разве это так плохо?

Что-то тяжелое легло ей на грудь. Приоткрыв глаза, она увидела, что это Дарий навалился на нее. Волосы скрыли его лицо, но она ощутила, как жизнь покидает его тело, как печати, связывающие их, начинают открываться.

— Нет, – пробормотала Варна, – нет, нет, нет!

Дремота отступила, зрение прояснилось, она увидела бледного Свята, поспешно орудующего иглой, услышала, что он взывает к Богу. Наивный, светлый мальчишка все еще считает, что Бог захочет им помочь.

— Дарий! – Из последних сил она толкнула его в бок.

Он приподнялся, повернулся к ней, и Варна увидела совершенно белые глаза мертвеца.

— Видел я Господа пред собою всегда, ибо Он справа от меня, чтобы я не поколебался, – прошептал Свят.

— Потому возвеселилось сердце мое и возрадовался язык мой, а еще и плоть моя упокоится в надежде, – вторила ему Варна.

— Ибо Ты не оставишь души моей в пекле и не дашь святому Твоему увидеть тление^[20], – пробормотал Дарий.

Вдруг покалеченный мужик пришел в себя и завыл. Свят вздрогнул, дернул нить – и Варна скривилась.

— Я разберусь. – Покачиваясь, Дарий поднялся на ноги. – Не смей умирать.

Через несколько мгновений крики раненого резко оборвались. Свят нахмурился и сжал зубы.

— Все плохо? – хрипло спросила Варна, приподнимаясь на локтях.

— Кровь остановилась, но, Варна, это был ярчук. – Свят оглянулся, чтобы убедиться, что Дарий еще далеко. – Рана не заживет.

— Я знаю, – серьезно ответила она. – Но мне бы еще немного пожить.

Они обменялись хмурыми взглядами. Свят медленно поднялся, убрал остатки нити в сумку и отошел к лошади.

Дарий обыскал ближайшую избу и предложил заночевать в ней. Вместе со Святом они помогли Варне расположиться возле печи и накрыли ее своими плащами. Позже Свят отправился в лес, якобы на охоту, но не требовалось быть семи пядей во лбу, чтобы понять: он решил разведать местность и убедиться, что они в безопасности.

Ей почти удалось уснуть, когда вернулся Свят. Он швырнул на пол сумку и, задыхаясь от ярости и волнения, выкрикнул:

— Взвод!

— Что? – Дарий уставился на него.

— Мужик был из Взвода! – сказал Свят. – Эти твари обратили охотников в ярчуков!

Комната закружилась перед глазами, Варне показалось, что она вот-вот потеряет сознание.

— Уверен? – только и смогла спросить она.