Книга Ведьмин час, страница 159 – Рита Хоффман

— Я не молилась. – Она отвернулась от креста, перекинула ногу через скамью и посмотрела на старого приятеля. – Садись, раз пришел.

Тот грузно опустился на скамейку, подобрав рясу. Если Свят все еще казался юным благодаря жизни, которую вел, то Млад выглядел даже старше своего возраста. Когда-то он был курносым смешным мальчишкой, в меру сообразительным и послушным. Выдающимся охотником Млад бы не стал, но и во главе прихода Варна его не видела.

— Слышал что-то о наших? – На самом деле ей не было интересно – спросила, чтобы поддержать разговор и отвлечься от собственных мыслей.

— Да, кое-что. – Млад вздохнул. – Данияра-то убили, знаешь?

— Нет.

— Ввязался в переделку, забили насмерть, год, может, полтора назад.

Судьба драчливого Данияра ее не удивила – еще в детстве было понятно, что охотника из него не получится: слишком скверный у парня был нрав. После четырнадцати лет он совсем потерял голову – сбегал из церкви, дрался, несколько раз Мстислав вытаскивал его из постели каких-то девиц. Неудивительно, что он умер, – странно, что только сейчас.

— А Дива охотится, – продолжил Млад.

— Да ладно? – Варна искренне удивилась.

— Как вы уехали, через полгода и она ушла, сама. Думал, замуж вышла да осела, но не тут-то было! Приехала через два года, голова обрита, на лице шрамы, к седлу привязан обезглавленный упырь. Сказала, что мимо проезжала, о вас спрашивала.

— Она во Взводе?

— Не знаю, кажется, да. – Млад покачал головой. – Мы поговорили немного, она несколько дней тут провела. Потом труп совсем скверно вонять начал, пришлось ехать дальше. Везла его кому-то как доказательство.

Дива и охота! Девчонка, которая боялась всего на свете, начиная с жуков и заканчивая темнотой. На площадке она постоянно роняла меч и плакала, никто не воспринимал ее всерьез, даже наставники.

— Пути Господни неисповедимы. – Млад улыбнулся. – Сильная стала, уверенная, совсем как ты.

— Я такая всегда была, – одернула его Варна. – А ей пришлось характер ломать. Но почему она в одиночку охотится?

— Говорит, не нужен ей никто. Да уже много времени прошло; кто знает, жива ли она еще.

— Ну а ты? Доволен жизнью?

— Доволен, наверное. – Млад пожал плечами и поднял взгляд на крест. – Да только Господь со мной не говорит, не чувствует во мне истинно верующего. Таким, как Дарий, мне не стать.

— И не надо, – выпалила Варна. – Его Бог в темечко поцеловал.

— И то правда. Ты ведь знала, что Мстислав бил его? – Млад понизил голос.

— И ты в курсе? – удивилась Варна.

— Так об этом все говорили. Я боялся, что и меня бить начнут, но обошлось. Я своих не трогаю. – Он кивнул в сторону приюта. – Зверство какое-то, не по-божески. Как он теперь? Смотреть больно.

— Но ты смотришь. Отвратительное зрелище? – Варна усмехнулась.

— Вовсе нет, – горячо запротестовал Млад. – Я сочувствую ему. Не знаю, как он держится.

«С трудом», – хотела сказать Варна, но в этот момент из катакомб поднялись Светозарные.

Свят – совершенно спокойный, Слава – раскрасневшаяся, руки сжаты в кулаки. Нелегко же ей дался разговор. Варна встала.

— Займись седельными сумками, – Свят обратился к спутнице. Та одарила его испепеляющим взглядом и вылетела прочь, будто в нее бес вселился.

— Пойду, мне… – Млад замялся. – Пора мне.

Они остались вдвоем. Варна так и стояла, напряженно всматриваясь в лицо Свята; тот старательно отводил взгляд. Молчание затянулось.