Книга Зови меня Волком, страница 163 – Лина Славянова

Сквозь сон Волк слышал, как бродят лисы, принюхиваясь к свежей крови и терпкому дыму. Как они ушли по следу к низкому кусту и устроили там возню, деля добычу.

К рассвету ручей укрыл берега густым холодным облаком, окутал кострище и вымочил одежду. Влаксан проснулся первым и растолкал спутников. Едва Ольгик и Даромир сели, растирая промёрзшие руки и ноги, шорохи зверей растворились в чаще.

— Пора сниматься, – объявил Ольгик, потягиваясь.

— Уже? – зябко ёжась, спросил заспанный Даромир.

Ольгик быстро утоптал угли:

— Быстрее дойдём. Переодевайся, князь, – он бросил свёрток одежды, что выторговал в деревне. Прости, лаптями не богато. Так что, без сапог придётся снять, но ты же на коне.

Даромир надел простую серую рубаху, обшитую по краю тонким узором. Рукава оказались длинны, он закатал их по локоть, отчего стал походить на простого деревенского мальчишку. Волк спрятал среди седельных мешков лук и меч, подсадил княжича на коня, чтоб тот мог подремать, пока он с Ольгиком ведут по тенистому лесу.

Деревья сменялись, переходя в берёзовую рощу, поляны и огибая густую дубраву. С конями дорога стала быстрее. Волк оказался самым быстрым на ноги из всей троицы: дружиннику и князю сподручнее было верхом. Только когда совсем уставал, Влаксан сменялся с Ольгиком и отдыхал на послушном коне. После полудня лес стал редеть.

— Скоро опушка, – объявил Волк, – надо бы сворачивать, не ровен час, кого встретим.

— Нам пока бы от дороги да от ручья посторониться.

— Дальше Бережок через Златогорск выходит к Дюжине, – указал вдаль по реке Даромир.

— Именно, княже. Вот только нам лучше через Рую.

— В Дюжине княжит мой дядька. До неё прямой дорогой ближе, чем до Руи.

— Зато до Граты по Дюжине дольше – это первое. Нам же нужно в Дюжину или Рую, мы в Грату идём. И как ты сам сказал, там правит твой дядька. Он преданно служил твоему отцу, так же послужит и брату. А вот Руя…

— Руей правит ветрило, – хохотнул Ольгик, – куда подует, туда и рыло!

— И это нам больше на руку. Скажи-ка, Любослав, кто охотнее нас выдаст твоему брату и его думе?

Ольгик покачал головой:

— Ежели только Руйский Драгош вспомнит своего отца Монетку и не решит продать нас подороже. А раз такое дело, то какая, к чёрту, разница, каким путём к нему придём?

— На этот случай, княже, – Влаксан подошёл к коню, достал из седельной сумки нож одного из убитых:

— Учись убивать.

— У меня есть нож, – Даромир брезгливо отвернулся. – Я не собираюсь убивать. На то у меня есть вы.

— Ты слишком доверяешь своим людям, – хмыкнул Волк. – Не это ли сгубило Любослава?

— За языком-то следи! – вспылил Ольгик.

— Он дело говорит, – пробурчал Даромир, но нож так и не взял. – Только даже с двумя ножами мне не одолеть и одного из вас, если решите выйти против меня. Так что, нет нужды в твоём ноже.

Отойдя дальше от натоптанной тропы, вышли на луг. После тенистого леса жар на открытом солнце казался нестерпимым. Сухой ветер волнами склонял травы.

— Там, за вторым бугром должна быть уже руйская деревня, – указал Волк.

— К ночи поспеем? – спросил Ольгик.

Волк покачал головой:

— Нет. Коли бы коня было три, пошли бы рысью и к утру поспели. А пешком как пойдёт. Там ещё ручей под холмом. Он петляет да вьётся, точно нить. Надо мост искать.

— Пожрать бы чего, – протянул Ольгик, отхлёбывая из фляги. – А то одни сухари – зубы ломать. Пиво ещё вчера закончилось, вода противная.