Книга Деревенская знахарка. Второй шанс Анны, страница 149 – Мария Лунёва

— Тварь... тварь... тварь...

Он с размаху отвесил мне пощёчину.

— Вся в мамашу. Вся. Думаешь, я не знаю, кто против меня всю деревню натравил? Она тебя всё своему обожаемому Эрлу подлаживала. Он ведь куда солиднее жених. Но нет. Ты моя. Ты обязана мне... Так отдай.

— Ты ведёшь себя как истеричная баба, — пробормотала, двигая непослушными губами. — Столько возможностей было жизнь заново начать. Но ты подался в мародёры. Потому что ты ни на что не годная пиявка. Паразит.

— Заткнись! — Снова удар.

Я выдохнула и обмякла. Всё, больше не могла даже двигать языком.

И в это же мгновение комочек под моим тулупом пошевелился.

«Поделись, — прозвучал мягкий голос в голове. — Поделись тем, что и так наше. Одно на двоих. Вернулась я, хозяюшка. Отпусти и не держи».

Открыв рот, я выдохнула облачко пара.

Лайнел в бессилии сжимал ворот рубахи под тулупом, будто желая придушить.

«Отпусти», — снова этот обволакивающий голос, и я выпустила дар.

— Да! — возликовала тварь, что сидела верхом на моём искалеченном его ударами теле. — Да... Отдай всё мне.

Закатив глаза, он откинулся назад, словно в экстазе. Пола моего тяжёлого тулупа шевельнулась, и выбрался котёнок.

Шипение. И кошка обнажила клыки.

Лайнел опустил взгляд. Его глаза в ужасе расширились.

— Нет, ты же задушила её. При мне задушила. Чтобы я мог в дом твой входить. Её нет... нет...

Он попытался с меня вскочить, но не успел. Она прыгнула. Тело котейки охватило густое зелёное пламя, и в морду тёмного впилась уже взрослая огненно-рыжая кошка.

Он завопил. Она раздирала когтями его кожу, оставляя глубокие борозды.

«Поднимайся, хозяюшка. Ты сильная. Домой нам нужно. Домой».

— Да. — Надо мной снова появилось облачко от дыхания. — К детям и мужу.

Как же мне было тяжело. С трудом повернувшись на бок, сжала в кулак снег и прижала к лицу. Втянула воздух через рот и закашлялась.

Надо мной жутко шипела рыжая кошка. Отодрав от себя, Лайнел откинул её в сугроб. Сделал шаг. По его лицу стекали тёмные капли крови.

— Ненавижу, — процедил он и протянул ко мне руку, словно пытаясь меня снова схватить, но она развоплотилась в туман.

— Ты не уйдёшь, никто тебя не спасёт. Ты останешься со мной, тварь. — Всё человеческое окончательно покинуло его облик.

Зажмурившись, я разлепила веки и поднялась на четвереньки. К боли я привыкла. Сколько её было в моей жизни.

В воздухе взметнулся рыжий комок, и между нами снова встала моя пушистая спасительница.

Дух рода, поняла я. Загубленная когда-то эгоистичной дурой в угоду своим хотениям. Я снова моргнула. Перед глазами всё двоилось, к горлу подступала тошнота.

С ресниц стекали слёзы, но я не обращала на это никакого внимания.

Хотелось домой. В избу, где меня любят. Туда, где я нужна.

— Нет, не останусь, — разогнувшись, я встала на колени. — Сдохнешь здесь ты. Как падаль. А я — нет.

Медленно, словно древняя старуха, всё же смогла подняться на ноги. Шатало. И шага сделать не могла. Но всё же я улыбалась.

Потому что не желала сдаваться.

— Да что тебе ещё нужно? Что? Ты же любишь меня, Аннет, так помоги, и мы уедем. Слышишь, уедем в город. Будет тебе и дом новый, и лавка своя. Будет. Только отдай мне дар.

— Нет. — Тряхнула головой, качнулась, но налетевший ветер поддержал. — У меня и так всё будет, но с мужчиной, которого я люблю, и это не ты. Эрл. Я люблю своего мужа. Люблю детей. А ты... А ты просто убогий паразит.