Книга Деревенская знахарка. Второй шанс Анны, страница 109 – Мария Лунёва

— Никогда, — его рука, прижимающая меня к матрасу, стала тяжелее. — Даже не думай об этом. Ты будешь рядом со мной. Я тебя никому не отдам. Никому, Анна. Ремонтировать мы будем этот дом. Ты пальчиком указывать в нужную сторону, я делать. Летом наконец колодец вырою. Пока мы с отрядом бродили по дорогам на юге, насмотрелся, как это делают. Немного магии, много физической силы — и у нас будет вода. А тот дом... Я и его в порядок со временем приведу, но только чтобы у вас с Миланой было место, где взвары ваши варить и продавать. Почему бы не иметь свою лавку. Но жить ты там не будешь. Я не отпущу...

Котёнок снова громко замурлыкал и, вытянув лапы, сложил на моём плече.

— Странная котейка, — выдохнул Эрл. — Видно, что не домашняя кошка. Лесная. Но так легко в руки даётся. Да и окрас. Рыжий, обычно они камышовые.

— Неважно, откуда она, главное, что теперь наша, — я погладила малышку за ушком. — Детям нужно общение с животными.

— Оно всем нужно, Анна, придёт весна — курятник починим.

— Монет нет, Эрл. Что-то ты разошёлся.

— Ну так ты же мною совершенно не интересуешься, Аннушка. Ну, спросила бы хоть, как мне воевалось.

— Думаю, что несладко. Зачем о таком напоминать?

— Ну ведь не за голое спасибо я мечом махал. Ну...

— Не знаю, — пробормотала. — А за что?

— Ой, наивная ты душа. Нет, жена моя маленькая, и на шаг от меня не отойдёшь, — он тихо рассмеялся. — За монеты. Они в вещах. Вижу, что Милана, собирая всё, нашла мешочек, но молчит. Не спрашивает ни о чём.

— Она девочка умная. Правильно делает. Придёт время, и папа сам всё выложит.

Я зевнула и повернула голову к Эрлу.

— Спи, — он снова коснулся губами моих волос. — Доживём до весны и начнём обустраиваться. Одену вас, дом в порядок приведу. И заживём себе на радость.

Слушая его, я медленно погружалась в сон.

— Главное, обнимай меня, — прошептала. — Мне одной очень страшно.

Утро выдалось спокойным. Даже каким-то умиротворённым. Проснувшись в объятиях Эрла, я долго просто лежала, прислушиваясь к его дыханию, пока он не пошевелился и не поцеловал меня ласково в висок.

И вроде ещё несколько дней назад мы были чужими друг другу, а теперь...

А теперь всё так стремительно менялось, что я не поспевала. Поэтому после его тихих ночных признаний я просто всё отпустила. Я здесь — живу, дышу, чувствую. А значит, всё реально.

Накормив семью омлетом на завтрак, вышла во двор. Морозно. Снег под ногами звонко хрустел. На верёвках висели простыни, вставшие колом. Надо бы их занести в дом.

Но сначала то, что важнее.

Закутавшись в тулуп, поспешила в сарай. Здесь стало заметно чище. Ярик потихоньку наводил порядок.

Мужичок растёт. Умница.

Пробравшись до полок, я принялась поочерёдно открывать мешочки, отбирая те, что нужны для травяного чая. Такого разнообразия кореньев и цветков я не видела никогда. Только вот от кого оно всё и кем собиралось?

Странно всё было. Понятно, что моя предшественница любила только себя и варила только те взвары, что было легче и дороже продать. О том, чтобы кому-то просто сделать добро, и речи не шло. И всё же...

Ведь всё это собрать — тоже большой труд. Или я чего-то не понимала.

Скорее второе. Надо будет Милану расспросить, откуда добро. Возможно, у нас за домом целый лекарский огородик, а я и не знаю. Эта мысль мне понравилась.