Книга Когда ночь крадет солнце, страница 65 – Диана Фэйр

Арон шумно сглотнул, я просто пожала плечами и шустро шлепнула ифрита по руке, когда тот ко мне потянулся. Во взгляде янтарных глаз полыхнула знакомая злость — глупая ревность или желание отобрать игрушку разбираться не стала.

— А нашпрекрасный господин, — голос прозвучал ровно и даже равнодушно, а улыбка вышла идеально наигранной, — просто любит соблазнять невинных жертв. Представляешь, Арон? — Я прижала ладони к груди, неотрывно смотря в глаза ифрита. Даже вздрогнула от его ярости для полноты картины. — Использовал бедную девушку, пытался соблазнить, подкупить… Но ради чего?

Пустота на месте сердца сжалась скорее рефлекторно, чем действительно. Глупая привычка тела, как и попадаться тем, кто всегда хотел от меня что-то, кроме меня самой. Что много лет назад, когда я впервые поверила кому-то, что при встрече с тем самым человеком, который теперь просто напряженно молчал.

— Разберетесь тут сами, уважаемые господа? — мягко, ласково, так, чтобы человек окончательно запутался, а его спутники разозлились сильнее.

Официантка подошла вовремя — пока она ставила на стол тарелки с чем-то горячим и приятно пахнущим, я поспешила исчезнуть в толпе наемников и их распутных спутниц, спешащих к выходу.

В первый раз — доверилась тому, кто почти продал меня богачу ради сундука золота. Богач сгорел, несостоявшийся жених — уродливо обуглился следующим.

Во второй — поверила в дружбу, результатом которой стала смерть. Моя собственная. Далеко не первая. Увы, даже без проклятья феникс был фениксом — бессмертная тварь с кровожадным нравом.

В… Далеко не первый и последний — поверила этому голубоглазому человеку, который совсем скоро влюбился в другую. Не извинился, не попытался оправдаться. Впрочем, тогда мне уже не надо это было.

Больше верить не хотелось. Ни верить, ни любить, ни думать обо всем этом.

И нечего терять, да?

Один.

Все то же: потолок с трещинами в форме паучьих лап, золотые цепи на балдахине, нелепо яркий свет, пробивающийся сквозь идеально чистые витражи. Зато отражение — прежнее. Золотистые пряди, чистая кожа без отметин, даже взгляд почти живой, если не помнить о некоторых особенностях. «Ты сама виновата», — напомнило отражение, но на него в этот раз было особенно наплевать.

Сердце не вернулось, фея не пришла. Почти победа, если не учитывать мелочей. И почти свобода, если мне хватит удачи навестить старогодруга.

— Серьезно? — раздался знакомый голос из-за двери, и я опасливо замерла. Совсем не по плану. — Забыл, кактвоя женщина оказалась в моей постели? И с каких пор она…

К стене я прошла неслышно — даже не дышала и совсем забыла про туфли. Не хватало показать многоуважаемому правителю, что я еще здесь. Да и его спутник больше не внушал доверия.

— Ты сам отдал ее мне, светлость, — перебил ифрит, не скрывая самодовольной насмешки. Точь в точь как когда злился. — «Присмотри за ней, пока я разбираюсь с проклятием». Присмотрел. Присмотрел так, что…

— Что забыл вернуть? — Дарион закончил за него. Его смех прозвучал ледяными осколками. — Удобная позиция.

Перевести дыхание мне не удалось — дверь распахнулась ровно в тот момент, когда я уже высунулась из окна. Две пары глаз с плохо скрытой злостью вспыхнули, но впервые за долгое время безуспешно. Птица стремительно взмыла в небо, оставив в опустевшей комнате только обгоревший от пламени подоконник и атласные туфли.