Книга Когда ночь крадет солнце, страница 26 – Диана Фэйр

— … я растопил его кости прямо в доспехах. Слышали когда-нибудь, как плавится сталь с примесью человеческого мяса? — он закрыл глаза, поморщившись слишком болезненно для того, так легко об этом рассказывал.

— И воняет паленой гнилью, — выдохнула я в гуле бурных обсуждений, оставив свою ношу в конце стойки.

Наши взгляды встретились в тот момент, когда я хотела ускользнуть пораньше, — его зрачки резко сузились, став тонкими щелями в море расплавленного золота. Пламя свечей потухло, а вместо него загорелись руны на его запястьях и груди. Несчастный герой хотел было остановить своего спутника, но тот явно оказался сильнее простого человека.

— Ты⁈ Здесь?.. — до этого громкий голос потерял браваду, став хриплым, словно он десятилетия не пил воды. Я поспешила опустить взгляд, не желая ввязываться в игры высшего — себе дороже связываться с таким. — Прекрасное горячее солнце потерялось в такой грязи?

Воздух затрещал от его прикосновения. Пальцы скользнули мимо талии, оставляя дымящийся след на шёлке.

— Я искал тебя, когда спалил пустыню дотла. Звал, когда плавил горы в стекло, — он наклонился, и его губы почти коснулись моей шеи. Прядь волос ярко вспыхнула сама собой, отвечая на чужой огонь, и мужчина восхищенно выдохнул. — Ты смеёшься, а в твоих жилах, — обжигающе горячие губы коснулись моего виска прежде, чем я осознала, что и сама смотрела на него так пристально, будто от этого зависела жизнь, — течет жидкий огонь.

Я засмеялась — звонко, наигранно, как учила мадам Лин для трудных клиентов, и он окончательно растворился в собственной тьме — голод и жажда во взгляде сменялись восторгом, восторг — диким желанием, и я поспешила отвести взгляд. Еще столетия назад они охраняли покой преисподней, до этого богами царили в людских мирах — для них какая-то мелкая птица была даже не соперником — пеплом.

В кой-то веки человек оказался полезным: он окликнул ифрита до того, как тот действительно смог меня поймать, и я все же спаслась от навязчивого внимания, ускользнув за ширму.

— Вы путаете меня с кем-то, господин, — небрежно отозвалась я напоследок. — Я всего лишь разношу чай.

Два.

Ифрит не сдавался второй день подряд: он словно прирос к своему месту у окна, наблюдая за каждым моим движением. Когда я проходила мимо, его пальцы едва заметно подрагивали, будто он боролся с желанием схватить меня, и периодически мужчина ему поддавался — он цепко держал мою руку, стараясь заглянуть в глаза, пока я мечтала раствориться пылью и исчезнуть.

— Побудь со мной, — его голос звучал хрипло, почти умоляюще. Я скользнула взглядом по рисункам на его груди, приоткрытой в вырезе майки, ипочти захотела спросить, что они значили. — Ну же, красавица, сколько можно убегать? Я всю жизнь искал тебя, а ты…

— Господин, — я улыбнулась нарочно мягко, и скользнула кончиками пальцев по щеке вмиг оживившегося ифрита, — во-о-он туда, — прядь волос скользнула ему на плечо, когда я склонилась и качнула головой в сторону стойки у входа, — платите золотом — и ищите меня наверху, как только решитесь.

— Любовь не купишь, мое жаркое солнце. А если ты хочешь золото… — Я отшатнулась в ту же секунду, как он губами коснулся моего запястья. Изобразить испуг оказалось слишком просто — мужчина действительно пугал тем голодом, с которым смотрел на меня. — Когда ты согласишься статьмоей …