Книга Когда ночь крадет солнце, страница 16 – Диана Фэйр

Мужчина впился в мои губы так резко, что я захлебнулась очередным стоном и даже не стала сопротивляться, когда он внезапно вытащил член — багровый, блестящий от выделений — и скользнул им ниже, проникая без предупреждения.

Дарион сегодня был особо безжалостен: не обращал внимания на крики, пока его горячий член растягивал задний проход, но целовал настолько отчаянно, что я сдалась первой. Впилась в его нижнюю губу до крови, ощущая знакомый металлический привкус, и тихо всхлипнула, когда вязкое тепло наполнило изнутри.

— Одетт? — хриплый рык прозвучал слишком близко. Слишкомискренне.

Я лениво взглянула на мужчину из-под опущенных ресниц, не сумев разглядеть лица, и уткнулась носом ему в шею. Тьма поглотила одним укусом — я слышала, как он звал меня, злился и прижимал к себе настолько сильно, словно это что-то значило.

Три.

Холод въедался в кости неумолимо быстро — его цепкие лапы уже отобрали последние крохи тепла и стремительно тянулись к сердцу. Кто-то накрыл меня тяжелым мехом — шерсть впилась в потную кожу, заставив застонать. Сквозь липкую пелену бреда пробивались прикосновения — навязчивые, властные, обволакивающие, но невыплаканные слезы так сильно застилали глаза, что разглядеть что-то не удавалось.

— Тише… я с тобой, — голос низкий, сдавленный, будто говорящий сам боялся разбудить что-то. Чьи-то пальцы впились в мои запястья, прижимая к подушкам, а колени сомкнулись вокруг моих бедер, не оставляя шанса вырваться. — Ты в безопасности.

Я дернулась, пытаясь сбросить одеяло, пропитанное незнакомым горьким запахом, но тяжелая ладонь легла мне на грудь, удерживая мех. Сухожилия на бледной руке напряглись, как тетива, но прикосновение осталось нежным.

— Не… — я задохнулась в такт нервному биению сердца. Его дыхание учащалось с каждым моим движением и замирало, когда я обессилено затихала, забыв, как дышать.

— Дыши. — Губы скользнули по мокрым волосам, задержались на раковине уха. Я чувствовала, как пульсирует вена на его шее, прижатой к моему виску. — Я здесь, с тобой.

Я попыталась открыть глаза, но веки слиплись. В ушах звенело, в горле першило от криков, которые так и не вырвались наружу. Рука под одеялом обвила талию, большой палец врезался в нижнее ребро, заставив вскрикнуть и дернуться в безуспешной попытке вырваться.

— Доверься мне. Хоть раз.

Он? Нет, не может. Его руки никогда не дрожали. Его голос не ломался на полутонах.

— Холодно… — выдохнула я, и тут же его рука поползла вверх, к груди. Большой палец провел по соску — слишком медленно, слишком осознанно. Я закусила губу, подавив всхлип. Боль смешалась с чем-то сладким и тягучим внизу живота. Он замер, будто ждал разрешения.

Тело отвечало по-предательски подло — жар разливался там, где наши ноги соприкасались, кожу под каждым его касанием пронзило сотнями ледяных игл, пока дрожь постепенно перерастала во что-то большее. Пугающее. Я почувствовала, как что-то твёрдое и горячее прижалось к пояснице, но он отстранил бёдра, подавшись вперед, чтобы грудь прижалась к моей спине.

— Знаю, — шёпот повторялся как заклинание. Я со всей силы дернула запястье, но хватка только усилилась. Захотелось перестать дышать окончательно. — Тише, прошу тебя. Я рядом. Чувствуешь?

Когда я застонала, он судорожно выдохнул мне в шею, вжимая в себя особенно сильно. Пальцы вцепились в простыню рядом с моей головой, судорожно сжали ткань; челюсть уперлась в мокрое от пота плечо, сдерживая дрожь. Боялся?..