Книга Отбор для Темной ведьмы, страница 102 – Оксана Гринберга

— Все будет хорошо, – пообещал он мне. – Вот увидишь, все пройдет отлично!

Выдавив в ответ нервную улыбку, я поблагодарила Айдара за напутственные слова. Хотела побыть с ним подольше, но… Разве надышишься перед смертью?! Поэтому, миновав проход, возле которого застыли два мага, наблюдавшие за испытанием, я вышла на поле. Повернулась к трибунам, где в отдельной ложе за Избранницами следили король и королева Астора. Поклонилась им, после чего сделала несколько шагов по ипподрому, направляясь к навесу, где меня поджидал дракон.

Оказалось, что уже не поджидал. Годвид успел подняться на ноги и направлялся ко мне. Даже не шел, а… Приближался настолько стремительно, словно собирался вот-вот совершить заключительный рывок и сжать в когтях беззащитную добычу. Окровавленная пасть оскалена, ноздри раздуваются...

И я наткнулась на взгляд крылатой рептилии.

Глаза дракона были полны холодной ненависти. Причем ничуть не меньшей, чем та, с которой на меня смотрела Йорунда!

Пусть Годвид был стар, но обоняние у него все так же оставалось отменным.

И вот тогда… В этот момент во мне взыграла та самая кровь, которую так ненавидел Годвид. Кровь рода Норбергов… Мне стало все равно. Ну и пусть я провалю Отбор, но не позволю ящеру-переростку смотреть на меня так, словно перед ним – букашка, которую с легкостью можно раздавить когтистой лапой!

Я уставилась на него в ответ. Стояла неподвижно. Смотрела, не моргая, в прищуренные глаза полуразумного зверя. Твердила про себя молитвы Темным богам, прося поддержать меня в нелегкой битве.

И дракон притормозил, наткнувшись на мой яростный взгляд.

— А ведь тебе страшно, ящерица! – прошипела я, не спуская с него глаз. – Страшно, я знаю! И я даже догадываюсь, почему. Потому что перед тобой – твой собственный оживший кошмар! Самые жуткие воспоминания полувековой давности…

Дракон все-таки остановился, а вот я… Зато меня уже было не остановить! Я пошла к нему, чувствуя, как сжимает меня в ледяных объятиях Темная Ярость – состояние, в котором нашим воинам неведом страх.

Вместо него я ощущала лишь всепоглощающую ненависть.

Ненависть к захватчикам, которые пришли на нашу землю, чтобы ее отнять и сделать своей. Ненависть к крылатым ящерам, поливавших нас огнем и терзавших своими когтями. И я щедро делилась ею с Годвидом.

— Вспомни все, что было! – говорила ему негромко, уверенная, что раз уж драконьи Боги не отняли у него обоняние, то и слух у ящера отменный. – Вспомни, как твои родичи захлебывались в собственной крови на землях Норберга! Вспомни и убирайся с моего пути, мерзкая ящерица, если не хочешь повторения этого здесь и сейчас! Потому что я тебя убью… Клянусь, что убью тебя, если ты посмеешь пойти против меня!

Дракон застыл, словно окаменел. Стоял, открывая и закрывая пасть, похоже, раздумывая, что ему теперь делать. Ведь перед ним стоял его извечный враг, да и Годвид находился на своей территории, но… Он был слишком стар, и его бои и победы остались в далеком прошлом.

Во взгляде дракона проскользнула нерешительность.

— Уходи! – приказала ему. – Убирайся прочь, ящерица! Потому что я – Темная, а не Светлая, и мы не щадим своих врагов! У тебя есть всего лишь один шанс выжить!

Шаг, еще один. Я приближалась, и дракон отвел взгляд. Затем развернулся и сбежал под спасительный навес, где с гневным рыком впился в недоеденную тушу, терзая ее зубами и когтями. Думаю, хотел сделать то же самое и со мной, но не смог. Не рискнул связаться с Высшей Темной ведьмой!