Книга Цена соблазна, страница 21 – Оксана Гринберга

— Никуда ты не пойдешь, – заявил холодно. – Будешь сидеть здесь и думать над своими ошибками. Затем мы дружно отправимся в лабораторию и сделаем анализ ДНК.

По его взгляду Майя поняла, что Спасский не шутит. Он ведь потащит их с Никитой в лабораторию, а это... Это совершенно не входило в ее планы, потому что она не собиралась впутывать в их дрязги еще и ребенка!

И что ей теперь со всем этим делать?

— Хорошо, – прикусила Майя губу. – Допустим, у тебя есть сын, но это совершенно ничего не меняет...

— Еще как меняет! – заявил Артем удовлетворенно. – У меня на него такие же права, как и у тебя.

— Только попробуй!.. – начала она.

— Попробую, – пообещал он. – И денег у меня хватит – пробовать и пробовать до тех пор, пока я не получу то, что хочу.

— Ты его у меня не отберешь! Никита – мой сын, к тому же, он – гражданин Испании, так же, как и я, поэтому… Все закончится тем, что мы погрязнем в судебных проволочках.

Майя уже консультировалась с юристами и знала, что отобрать у нее ребенка теоретически невозможно, но подозревала, что от Спасского можно ожидать чего угодно.

— Погрязнем, – согласился Артем. – Но это доставит мне огромное, невообразимое удовольствие… Наконец-то увидеть, что признаешь свои ошибки!

— Я не знала, что у тебя такие сложные сексуальные предпочтения! – рявкнула на него Майя, нисколько не заботясь о том, что их могут услышать за соседними столиками.

И тут же поймала его взгляд… Таким образом Спасский никогда еще на нее не смотрел – беззастенчиво разглядывал ее грудь, подчеркнутую черной материей, скользнул вверх по высокой шее, затем уставился на ее губы.

И с ней что-то произошло. Странное, неконтролируемое чувство, горячая поземка, взявшая старт где-то в центре груди и стремительно расползавшаяся по всему телу, неся с собой тепло.

Но Майя тут же все прекратила. Уничтожила, задушила в зародыше непростительную слабость.

«Это», сказала себе строго, давно уже закончилось. Я переболела любовью к Спасскому, и испанский берег меня окончательно излечил. Я не стану входить в одну и ту же мутную реку дважды и не позволю ему взять надомной верх! Спасский – мой враг, и мне нельзя расслабляться, пока не выясню, что именно он добивается.

— О моих сексуальных предпочтениях мы поговорим позже, – заявил он. – Пока что речь идет о моем сыне. Я не собираюсь его отнимать, – на это Майя облегченно вздохнула, – но я хочу его видеть. Все время, пока вы будете в Н-ске.

— А... не слишком ли ты много хочешь?!

Подобного заявления она не ожидала, но, по крайней мере, это было не настолько ужасно, как те картины, которые Майя успела нарисовать в голове. Все они были о бесконечной судебной тяжбе и перетягивании Никиты друг у друга.

— Не перебивай меня, Самойлова! – Артем все еще злился. – Я заеду к тебе завтра утром. В десять утра, и мой сын проведет со мной весь день. Вернее, все шесть дней, пока будет длиться твоя выставка.

И Майя в очередной раз поразилась его осведомленности, а еще тому, что чья-то наглость не имела пределов.

— Если ты думаешь, что я отдам тебе Никиту на это время, ты сошел с ума!

— Шесть дней, – произнес он, – как компенсация за те шесть лет общения с сыном, которые ты у меня отняла.

Они уставились друг другу в глаза.

— Нет!

— Еще как да, Самойлова! Но, так и быть, ты сможешь присутствовать при наших встречах.