Книга Заоблачная Академия, или Единственная для дракона, страница 118 – Оксана Гринберга

Поэтому не стоит принимать их во внимание.

Мне просто-напросто приснилась мама, и ничто не свидетельствует о том, что это место существует на самом деле – тот алтарь, затянутое свинцовыми облаками небо и горизонт, заканчивающийся сразу же за холмами.

Все это вполне может быть плодом моего воображения.

Как и то, что я уже придумала, будто бы мою маму зовут Виктория Аллен, потому что она вовсе не погибла девятнадцать лет назад, а каким-то образом уцелела и сумела переправить меня в другой мир.

В безопасное место, тогда как сама до сих пор оставалась в плену у врагов.

Ее имя было еще одним крайне смелым, но ничем не подтвержденным предположением, которым я могла поделиться… разве что со своими друзьями. Потому что они были готовы выслушать любые, даже самые фантастические идеи – после рассказа о моем попадании их вряд ли было чем удивить.

Но сперва меня снова навестил отец – еще до того, как я успела разобрать карточки, присланные с букетами. Сообщил, что он пробудет несколько дней на Прей-Экриле, дожидаясь, пока я окончательно не поправлюсь, после чего хотел бы, чтобы мы снова отправились на Лорейру.

Звал меня погостить неделю до начала учебы, заявив, что мое первое посещение дома вышло не слишком удачным, так что неплохо бы это исправить. Но если я захочу взять кого-то из своих друзей – да хоть всю честную компанию! – он будет только этому рад.

Улыбнулась, заявив, что обязательно обсужу с друзьями, после чего дам ему ответ.

Попрощавшись, отец ушел, но все же намекнул, что мне не помешает серьезно отнестись к намерениям принца Вестии.

На это я закатила глаза, но тут Винсента сменили два усталых следователя со следами недосыпа на лицах. Уселись рядом, достали блокноты, приготовившись задавать мне вопросы и записывать ответы, а я подумала…

Не повезло, снова не разобрала карточки!

Тут следователи заявили, что проработали всю ночь и это утро, но так ничего и не наработали. Из известных им на данный момент фактов – лишь название яда и то, что меня спасли своевременные действия магов и прилет собственной драконицы.

Но на этом все, дальше следствие топталось на месте.

Лакея, который мог передать мне бокал с отравленным шампанским, так и не нашли, поэтому они не отказались бы, чтобы я дала описание…

На это я пожала плечами, сказав, что не запомнила его лица, так что описания не будет. Затем поинтересовалась, чем же таким страшным меня отравили.

Оказалось, этот яд добывали из корней крестоцвета, милого цветочка с красными соцветиями. Правда, с изменением статуса Альянса на небесный на Летающих Островах крестоцвет не прижился.

Зато он вовсю рос на Суше.

Следовательно, отравить меня мог только тот, кто якшался с норфолами, с которыми Альянс не имел никаких связей – ни дипломатических, ни торговых.

Кто этот человек?

— Вы это у меня спрашиваете?! – изумилась я. – Мне кажется, что такой вопрос должна задать вам я, а не вы мне.

Но они тоже не знали ответа.

Вот и я призналась, что понятия не имею, кто мог меня так сильно ненавидеть и при чем здесь норфолы. И нет, сама себе смертельный яд я не подсыпала, потому что травиться была не намерена.

На какой-то миг мне захотелось рассказать следователям о своих снах и маме, но, взглянув в их усталые лица, передумала.

У меня не было ни единого факта, который мог бы подтвердить мои слова, доказав, что это не фантазии. Уверена, они надо мной бы лишь посмеялись или же посоветовали попить успокаивающее и не забивать себе и другим голову всякой ерундой.