Книга Любовь и ненависть в Ровердорме, страница 179 – Оксана Гринберга

— Даже и не знаю, что вам на это сказать…

— Зато мне есть что сказать вам, Мира! Там, в горах, меня посетили два видения, вызванные этим самым галлюциногеном. Одно из них сделало меня несказанно счастливым, а второе внушило невероятный ужас. Самый сильный, испытанный когда-либо мною ранее.

— О-о-о! – протянула я, не в силах найти в себе смелости, чтобы спросить, что же это было.

Но, оказалось, спрашивать мне не нужно: Тайлор собирался рассказать обо всем сам.

— Впрочем, к тому времени – к моменту, когда я очутился в горах, – у меня не оставалось ни малейших сомнений в том, что самые счастливые переживания в моей жизни будут связаны именно с вами, Мира! И я не ошибся. Любовь, – он посмотрел мне в глаза, – вот то чувство, которое сделало меня несказанно счастливым. Взаимная любовь.

— Но… Но я почти вас не знаю, Тайлор! – прошептала я в ответ. – Да и вы меня тоже. Как можно настолько уверенно говорить о своих чувствах?

— Вы правы, впереди у нас много времени. Нет, я немного неправильно выразился, Мира! В своих чувствах я уверен, но вам я дам столько времени, сколько потребуется, чтобы вы узнали меня лучше. Привыкли и полюбили.

Сказав это, он прикоснулся к моей руке.

Так мы и стояли. Его рука на моей – Тайлор взял мою ладонь в свою и принялся осторожно поглаживать, а от его прикосновений по телу стало разливаться приятное тепло.

— Что было в вашем втором видении? То, что стало для вас самым ужасным переживанием в жизни? – опомнившись, спросила у него.

И все потому, что мне показалось, будто бы порыв ветра пробежал по длинным ветвям ивы, и шелест ее листвы стал складываться в знакомую мне с детства мелодию.

Но я все еще была не готова…

Ни к тому, чтобы ответить на чувства герцога Кавингтона.

Ни к тому, чтобы услышать песню старой ивы, означавшую, что я несказанно счастлива.

— Оно тоже было связано с вами, Мира! – признался Тайлор.

— Со мной? – ахнула я.

— Но я обещаю вам, что такого никогда не произойдет! Я этого не допущу, – произнес он твердо.

После чего взял и так же твердо пригласил меня на завтрашний Летний Бал к Киттингсам.

— Но я уже приглашена, – призналась ему, чувствуя, как к щекам вновь приливает предательское тепло. – И дала свое согласие. Меня пригласил мой школьный друг Роган Делавейр, и он… Вы только не подумайте, Тайлор!

Поняв, что окончательно запуталась, я вздохнула и замолчала.

— Я все прекрасно понимаю, – улыбнулся он. – Соперники меня не страшат, потому что Кавингтонов, когда они видят цель, уже невозможно остановить. Мы упрямы настолько, что отвернуть нас от выбранного пути можно, если только нас убив. Поэтому я буду рад, если вы оставите мне на завтрашнем балу хотя бы один танец. Или лучше два, Мира! Но если вы расщедритесь на целых три…

— Если я отдам вам три моих танца, то весь Ровердорм поймет, что это не просто мимолетное увлечение с вашей стороны. И обязательно пойдут слухи!

— Именно этого я и добиваюсь, – кивнул он. – Чтобы вы и остальные поняли, что с моей стороны это увлечение на всю оставшуюся жизнь. А слухам мы положим конец в день нашей свадьбы.

Затем он поцеловал мне руку и попрощался до завтрашнего вечера, напомнив еще раз, что я пообещала ему целых три танца на Летнем Балу. Ушел, а я долго смотрела ему вслед, пытаясь вспомнить, было ли такое или нет.