Книга Отбор для Черного дракона, страница 59 – Оксана Гринберга

Этот самый туман наползал на низину, а дальше, как бы долго и старательно я в него не всматривалась, ничего не было. Казалось, он поглотил весь оставшийся мир, оставив вместо него лишь свое переливающееся нутро.

Нет, это вовсе не походило на алтарь Темных Богов!

«Что же это такое?» — спросила я у принца растеряно.

Вместо ответа Рион пояснил, что нам нужно приземлиться возле озера, на незатронутом туманом берегу.

— Радужная Энтропия, — пояснил мне уже в человеческом обличии. — Это и есть самая большая наша беда, с которой мы боремся с момента ее возникновения. Но, возможно, в ней кроется спасение для Лиллиан Денг.

В человеческой ипостаси интенсивность сияния значительно уменьшилось, к тому же исчез тот мерный гул, который различало драконье ухо. Зато радужные переливы пропадать не спешили. В какой-то момент мне показалось, что передо мной — живое существо, разумное, понимающее. Потому что, стоило нам лишь приземлиться, как туман заклубился куда активнее и потянул к нам свои полупрозрачные лапы.

Я отшатнулась.

— Не бойся! — успокоил меня Рион. — Она просто пришла поздороваться.

Зато Видар здороваться или любоваться туманом не стал. Коротко кивнул брату, затем снова подхватил Лилли на руки и отправился с ней к озеру. И я смотрела, раскрыв не только глаза, но и рот, как он заходил в воду — все глубже и глубже, — продвигаясь все дальше в радужный туман, пока тот не поглотил их полностью.

Они исчезли, и мне стало неописуемо жутко.

Но тут заговорил Рион и рассказал мне о таких вещах, о которых я даже не подозревала. О том, что они скрывали почти три сотни лет. Пытались остановить Радужную Энтропию — так в Улайде назвали это явление, — но все попытки оказались тщетными. Из-за этого двести лет назад было принято решение закрыть часть Сундарских Скал, запретив полеты над разрастающейся Энтропией, и вывезти жителей из деревень на пути ее следования.

Но все равно находились те, кто попадал под ее воздействие. Дикие звери, например, у которых после встречи с туманом частенько наблюдались приступы необъяснимой агрессии. Случалось, они даже увеличивались в размерах или принимали жуткие формы, нехарактерные для этого мира.

Люди тоже серьезно пострадали от Радужной Энтропии. До этого было много попыток ее исследовать, и почти все смельчаки поплатились своей жизнью. Подавляющая их часть исчезла в Радужной Энтропии навсегда. Но были и те, кто все-таки вернулся. Правда, уже не такими, как прежде.

Люди сходили с ума, полностью утрачивали разум. Но и это еще не все — иногда из тумана появлялись те, кто говорил на неизвестных языках и носил странную одежду. Некоторым удалось прижиться в Улайде, и они утверждали, что пришли из иных миров.

— Выходит, внутри находится что-то вроде портала?

— Думаю, дела обстоят куда хуже, — отозвался Рион жизнерадостно. — Там не только портал, но еще и то, с чем мы не в состоянии совладать. Не можем остановить, потому что попросту не понимаем сути.

— Тогда зачем же Видар понес туда Лилли?! Это… Это тянет на коллективное самоубийство!

— Нет, Керри! — усмехнулся Рион. — Это вовсе не самоубийство. Видар поступил таким образом, потому что она нас любит.

— Что?!

— Радужная Энтропия принимает тех, в ком течет кровь Брантов. Правда, далеко заходить нам не позволяет. Буквально несколько метров — и выкидывает обратно.