Книга Свободные Звезды - 2, страница 81 – Оксана Гринберга

С силой стряхнула наваждение. Плевать, чье он воплощение! Да хоть черта лысого!.. Это не означало, что он должен погибнуть, приговоренный сектой фанатиков, заодно унеся с собой в могилу окружающих. Каждая секунда промедления, показного или не наигранного раболепия приближала нас к гибели. Когда Император дошел до команды, подскочила на ноги, понимая, что нарушаю все заветы не только распорядителя, но и отца. Того, кто учил Машу Громову не высовываться, а она оказалась такой дурой!

Не я поднялась первая — Дайхам дернулся раньше. За нами — Катен.

— Мой Император! — воскликнул сын советника. — Это заговор! Вам грозит опасность.

Раньше, чем ему заехал прикладом ближайший киборг, до того, как мы полегли под выстрелами охранников, я крикнула:

— Бомба! На «Орре» бомба!

По толпе встречающих пробежал нервный, изумленный шепоток, но встать никто не решился. Я уже приготовилась к смертной казни за неподобающее поведение из нацеленных лазерных пистолетов, как…

— Остановитесь!

Холодный голос вестника наступающего Апокалипсиса. Обезличенный, торжественный, одной лишь интонацией вызывающей гипнотическое желание остановиться, затем поклониться, после чего и вовсе бухнуться в ноги тому, перед кем расступилась охрана. Он шел к нам, а я … Я подняла голову и посмотрела на Императора. Сквозь прорези черной маски на меня смотрели подведенные тушью черные глаза. От изучающего взгляда бросило в дрожь. Черт!.. Опустила взгляд. Уставилась на ритуальный кинжал в золотых ножнах, украшенных красными драгоценными камнями, рядом с которым висел совсем не ритуальный лазерный пистолет.

— Слушаю, дитя мое.

Император, я знала, молод. Может, чуть старше Дайхама. Какое еще дитя?!

— Мы думаем, на вас готовится покушение, мой Император! — ответил за меня Дайхам, потому что близость к Садхи Первому лишила меня голоса. Попробовала что-то сказать, но вышло лишь сипение.

— «Артаб»… — наконец, выдавила из себя, понимая, что этим, быть может, подписываю себе смертный приговор.

И это слово, словно волшебный вихрь, закрутило, завертело, разметало нас с командой по станции. Меня утащили адоры в черных мантиях. Затем были циклинии допросов, вернее, расспросов в маленькой каюте с видом на противоположную дверь, которые я провела с адорами из охраны Императора. При этом я не чувствовала себя обреченной смертницей, потому что рагханы держались подчеркнуто вежливо.

Рассказала о побеге с заброшенной базы, назвала имена. Дословно, несколько раз, передала содержание подслушанной беседы, а вот подлинное происхождение Тодана скрыла. Еще умолчала о спонсоре из Штормового Клана, решив не забивать адорам голову — она и так у них слишком вытянутая и слегка приплюснутая. Лучше пусть бомбу ищут! К тому же, кто мог дать гарантию, что сидящий напротив усталый пожилой Наставник не из Клана-предателя?! Остальных сдала с потрохами. Альуса нашли сразу — слишком он фактурен. По памяти нарисовала Ольриха, призналась, что там были и другие, но я их не запомнила. Рассказала о «Полуфабрикатах», машинах и собственных подозрениях.

Допрос продолжался, вопросы становились сложнее.

Почему не пошла к Ищейкам и не рассказала об «Артабе»?! Потому что… Я ведь жизнь спасала, дяденьки! И девичью честь. Когда спасла, остальное стало неважным. Да, потом вспомнила. Пыталась найти в Сети слово «Артаб», но ведь оно засекречено! Затем от кого-то, не помню от кого, услышала об этой террористической организации. Не помню, и все! Когда увидела бородатого карлика на «Орре», и картинка сложилась. Моя версия была шита белыми нитками, но я стояла на своем.