Книга Миры Кемира, страница 145 – Оксана Гринберга

— Епископ явно чего-то боится, - шепнула Антoру, когда лакей в золотой ливрее с высокомерным выражением на лице провел нас в крошечную гостевую комнатушку с зарешеченным окном. Кивнул на грубые стулья, обращенные к гобелену с вышитыми символами Единоверы, и наказал ждать. Сидеть и ждать, когда пригласят.

Я оглядела скупое убранство комнаты. Епископ приучал посетителей к аскетизму, хотя внутреннее убранство дома кричало о любви хозяина к роскоши. Маги с мрачным видом уставились на гобелен с вышивкой, а Ильсар Шаррез даже потыкал в красную стрелу пальцем. Я даже растерялась – с чего это Темного на религиозные символы потянуло?

— С охраной здесь все в порядке, – сообщил магистр, – а вот с магией… Магии здесь не водится.

Затем нехорошо выругался, упомянув родителей епископа, которых Боги явно зря свели вместе.

— Ты прав, мой друг, – брат тоже заметно нервңичал.

Нет магии?! Помню, подобное я испытала лишь однажды, когда попала в тюрьму после незабываемой встречи с Амгердом Сидом. Попыталась зачерпнуть из привычных Светлых потоков, затем призвать Тьму, но поняла, что… пусто. Магические потоки пересохли или же мы очутились в Великой Пустыне, которую нарисовал в своей книге дядя Никлас.

— Менелит, демоны его!.. – прокомментировал Темный. - Он, кстати, нынче крайне дорог. Богато живут в Кемире служители культа! – повысил голос, затем кивнул на арку, ведущую в личные покои епископа. – Тебе не кажется, мой Светлый друг, что мы с тобой выбрали не ту стезю?

Вместо ответа Антор указал на стену с вкраплением зеленовато-черного минерала.

— Похоже, менелит везде, - сказал он, посмотрев на меня темным взглядом серых глаз.

Мне стало не по себе. Неужели в доме повсюду натыкан тот самый минерал, который уничтожал магию, заставляя ее потоки обходить это место стороной?! Менелит, по слухам, добывали в единственной шахте в Мервянных Горах,и ценился он на вес золота. Хотя какое тут золото?! Он стоил намного, намного дороже. В свободной продаже его не было, но можно было достать за баснословные деньги на черном рынке.

— Обезопасился, гнида! – тут магистр Шаррез кивнул на вооруженную охрану, сторожившую вход в покои епископа.

Трое телохранителей не спускали с нас глаз.

— Епископ Готер явно дорожит своей жизнью, - отозвался Антор. - Я не знаю, Лайне, чего он опасается, но магию здесь не жалуют.

— Ну что же, подождем приглашения, - протянул Темный.

И мы ждали. Долго. Очень долго. Так долго, что уже стемнело и слуга принес лампу. Я дремала на плече у Антора, затем поглядывала из-под приоткрытых век, как магистр Шаррез ходил из угла в угол в крошечной комнате. Благо, хоть на стены не кидался. Брат задумчиво перебирал локоны в моей прическе. Совсем недавно он признался в чувствах отнюдь не братских, но затем выяснилось, что я прихожусь ему родственницей. Антор отнесся к этому известию стоически. Потом появилась Трисс, с которой, кажется, у них все складывалось наилучшим образом.

Магистр Шаррез же потихоньку зверел. Лакей,иногда пробегавший мимо комнаты, на окрики «Эй, любезный!» не отзывался. Наконец, когда Ильсар преградил путь и потянулся к его горлу, решив то ли задушить,то ли вытрясти ответ, а охрана вцепилась в оружие, слуга заявил, что господин скоро освободится.

— Как ты думаешь, если я прирежу епископа за неуважение к Высшим магам, меня оправдают? - спросил мрачный Темный маг у Антора. Со значением поглядел на охрану, демонстративно поправил короткий меч за поясом. - Οчень на это надеюсь! У меня набрался целый список веских причин.