Книга Святоша. Магическая Академия, страница 29 – Оксана Гринберга

Наконец, за мной пришли. Провели по витой узкой лестнице, освещенной факелами. В комнате для допросов я узрела незнакомого мне полного насупленного мужчину в темной мантии. В углу притаился писарь, склонился над свитком, окунул в чернильницу перо, смотрел на следователя выжидающе.

— Ну что же, Лайне Вайрис! – вальяжно произнес мужчина после того, как расспросил о моем происхождении. – Зачем такая молодая и красивая девушка напала на почтенного ростовщика Амгерда Сида? Почетного горожанина Хольберга, члена гильдии Менял, никогда не задерживающего оплату в городскую казну…

— Я на него не нападала. Это все из-за денег моего отца! Амгерд не хотел их отдавать. Вместо этого решил запереть в доме, превратив в наложницу своего сына…

— Как же некрасиво врать! – перебил меня следователь. Уставился маслянистым взглядом. Большой, расплывающийся в свете магического светлячка нос сморщился. – Столь юная и столь прекрасная дева… Но насквозь, насквозь лживая!

— Как… Как вы смеете?! – воскликнула я в ответ. Подскочила. Кажется, вердикт мне уже вынесли – без суда и следствия. Значит, и приговор не заставит себя ждать. – Да сказал Единобог своему ученику, – в отчаянии процитировала строчку из книги дяди Никласа, – если придут мысли лживые, мысли убогие и порочные мне на ум, то…

— Полагаю, следует отрезать себе голову, – услышала знакомый голос. – Угадал?

Следователь и писарь подскочили раньше, чем я успела ответить. Нет, спрашивающий не угадал… В книге говорилось об очистительном огне, в котором должны сгореть нечестивые помыслы, но слова вылетели из головы. В комнате царил полумрак, с которым едва справлялись два магических светлячка над головой. Мне не нужен был свет, чтобы разглядеть мужчину, застывшего у двери, потому что его образ прижился в моей голове с момента, когда ар-лод подошел к нам с Трисс на вытоптанном поле перед Академией Хольберга.

— Милорд Хаас… – начал следователь.

Видимо, поняв, что ответа не дождется, ар-лорд обратился к следователю.

— Господин Дошрез… Извольте объяснить, что здесь происходит?

Удушливая, жаркая волна прокатилась по моему телу, занявшись в сжавшемся от невысказанных слов горле. Сейчас ему все, все расскажут! И он узнает, что Лайне Вайрис, словно сорвавшаяся с цепи магиня-отступница во время Кровавого Бунта, сожгла дом почтенного ростовщика Амгерда, а его сына так вообще… превратила в свинью. Не известным для капитана магического патруля способом. Страшное, бессмысленное преступление… Если не брать во внимание, что я защищала свою жизнь и честь.

— Милорд, эта девица…

— Нет! – воскликнула я. – Не слушайте. Это неправда! Не верьте ни единому слову, милорд!

— Молчать! – рявкнул следователь. – А то загремишь у меня в карцер!..

Милорду явно не пришлось к сердцу такое обращение.

— Потрудитесь объяснить, Дошрез, – начал он, и его голос не предвещал ничего хорошего. Для следователя. – В чем суть обвинения…

Договорить не успел, потому что дверь вновь распахнулась, и в комнату ввалилось трое стражников с приказом коменданта крепости Хольберга.

Надо же!.. Я замерла с открытым ртом, так же как и следователь. В приказе – черным по белому, пергамент, размашистая подпись, внушительных размеров печать с гербом Южной провинции – значилось, что меня выпускали из тюрьмы. Вернее, передавали из рук в руки опекуну.