Книга Жестокие Игры, страница 52 – Оксана Гринберга

— Он нескоро выйдет из медкорпуса, – продолжал Шоун, – куда угодил вовсе не из-за переломанных костей! Сигульф боится… Единственный шанс для него закончить Академию живым – извиниться перед тобой и публично объявить, что все сказанное им – ложь.

— Не думаю, что он на это пойдет. Слишком уж он уверен в собственной непогрешимости.

Темный от макушки до коников ногтей, он не потрудится признать свою неправоту!

— Еще как пойдет! – заверил меня Шоун. – Ты должна знать – я смогу защитить тебя от всего на этом свете. Когда ты будешь носить мое имя и станешь частью клана Орувеллов, ни одна сво… – он хмыкнул, – ни одна Темная собака не раскроет рта, чтобы гавкнуть тебе вслед. Потому что они знают – Орувеллы смогут засунуть их же мерзкие слова обратно им в глотку!

— Шоун… – растерялась я.

Он – что?.. Что он только что сказал?!

— Выходи за меня замуж, Сайари!

Я раскрыла рот от изумления. Так и стояла, не в силах его закрыть. Глупая, думала, что грязные сплетни распугают толпу моих нежданных поклонников, а тут…

— Шоун, – наконец, выдавила из себя, – но ведь я не могу! Не могу выйти за тебя замуж, и на это есть веские причины.

Первое брачное предложение, определенно, выбило почву из-под моих ног.

— Ты станешь моей женой, – молодой лорд протянул руку и коснулся моей щеки, не заинтересовавшись поводом моего отказа. – Пусть не сразу, но станешь.

Мимолетная ласка вогнала меня в краску.

— Не надо, – сказала ему, отстраняясь. – Я благодарна за попытку спасти мое… гм… уже не совсем доброе имя, но я сама справлюсь. Со всем этим и с многим другим… Для этого мне вовсе не надо искать защиту в браке.

«Если что-то нас не убило, то пришла наша очередь догнать его и убить», – один из постулатов некромагии, который любил повторять на практических занятиях лорд Шаррез в бытность свою, когда еще преподавал в Хольберге. Я полюбила его в Хольберге, и с тех пор ничего не изменилось.

— Я не могу выйти за тебя, потому что мое сердце отдано другому. Это и есть причина, по которой не могу стать твоей женой.

Шоун не стал спрашивать, кто его соперник. Вместо этого дернул головой, отгоняя мои слова, словно непокорный мустанг – надоедливую муху.

— Я влюбился в тебя с момента, как только увидел. И буду любить всегда, добиваясь так долго, пока ты не согласишься стать моей женой. У тебя просто не останется другого выхода, Сайари!

На долю секунды захотелось поверить… Поверить в то, что он готов любить и ждать. Но ждать ему придется порядком – до тех пор, пока я не решусь воскресить свое сердце и попробовать быть с другим… Кто знает, когда еще это произойдет?! Да и смогу ли я? Да и готов ли он на такое?

Хотела спросить его об этом, но момент был безнадежно испорчен. Шоун поморщился, вновь дернул головой, привлекая мое внимание. По коридору по направлению к нам шествовал нахмуренный ректор – демона случайно не вызывали? – с моим братом, тремя драконами и Кристофом Рэнделлом. Парни выглядели, словно… Того же поля ягодки, что и младший Орувелл – всклокоченные и с синяками на лицах.

— Сайари Риса-аль, – протянул лорд Шаррез с мрачным удовольствием, – вот ты где! Нашлась пропажа!

— Вы искали меня, господин ректор?

— Да. Решил, видишь ли, забрать свои слова обратно. С твоим приходом в Академию в моем болоте стало слишком уж оживленно. Даже лягушки передрались.