Книга Наиглавнейшая проблема Академии Драконов, страница 118 – Оксана Гринберга

С Натаном оказалось интересно разговаривать — обо всем на свете и еще о том, что он решил мне рассказать.

Наконец с едой было покончено, и мы перешли к тому, что именно привело меня в жандармерию Эльрена.

— Важное дело, — сказала ему. — В Академии Драконов мы тоже не сидим на месте и предприняли кое-какие шаги в расследовании.

— Похвально! — кивнул Натан. — Хотя и довольно опасно. Повстанцы не из тех, кто попытается увести со следа, разбрасываясь деньгами и деликатесами. Они действуют совсем другими методами.

Кивнула, потому что об их методах мне было прекрасно известно.

— Я расскажу вам обо всем, Натан, но с одним условием!.. Вернее, не будет никакого условия. Вместо этого я хочу вас кое о чем попросить.

Он заинтересованно склонил голову, а в его глазах поблескивали отражения магических светлячков.

— Я уверена, что произошел подлог в официальных документах, но мне больше не к кому обратиться.

После чего рассказала ему про Риз и про письмо с Дерна, которое должно было быть совсем другого содержания.

— Не посчитайте, что я пытаюсь выдать свои радужные мечты за действительность или же выставляю семью Кортес совсем уж чудовищами… Хотя они такие и есть! Чудовища, полные высокомерного презрения ко всем, кто ниже их по статусу.

Как и лорд Винслер со своей дочерью. Те совсем уж монстры, но рассказывать о воспоминаниях мамы, в которых лорд Винслер совершил ужасное предательство, я пока не могла.

Не здесь. Не сейчас и не Натану Робертсу — потому что я недостаточно хорошо его знала и понятия не имела, могу ли ему доверять.

Вместо этого поведала о яде в пузырьке с… лекарством от раны и в баночке с заживляющей мазью. Затем отдала бумагу с признанием Селии, сделанным при свидетеле, готовом подтвердить ее и мои слова.

После этого, набрав побольше воздуха, рассказала о том, как я надавила на Томаса Хансена и тот признался в шпионаже.

Да, с помощью гулей, но Томас Хансен не пострадал. Если только немного морально.

Следователи, допрашивавшие моего однокурсника, упустили кое-какие важные детали, которые я подметила, потому что успела неплохо узнать Томаса.

— Но у Хансена имеются смягчающие обстоятельства, — добавила я. — Он согласился сотрудничать с нами и со следствием. Если можно, я бы хотела, чтобы вы приняли это во внимание.

Мне показалось, что Натан, как и наш декан, вот-вот схватится за голову.

Вместо этого он внимательно меня выслушал, записал что-то в своем блокноте, после чего заявил, что немедленно отправляется со мной в академию, где займется отравительницами Селией Винслер и Долорес Кортес, а заодно, конечно же, Томасом Хансеном.

Не только это — он будет присутствовать с нами в качестве подсадной утки в «Диком Гусе», а его люди займут наблюдательные посты вокруг таверны.

Злоумышленники, если те объявятся, непременно будут схвачены.

— Но в «Диком Гусе» соберется только наша команда, — возразила ему, — и наш декан. Это будет выглядеть довольно подозрительно, если к нам присоединится незнакомец.

— Я буду там на правах твоего возлюбленного, Эйвери! — к этому времени мы уже перешли на «ты». — Как думаешь, сможешь такое сыграть⁈

Немного подумав, а еще посмотрев на его уверенную руку, лежащую на столе рядом с моей, я кивнула. Быть рядом с Натаном Робертсом и изобразить свой интерес не составило бы для меня труда.