Книга Стон океана, страница 125 – Эмма Хамм

Цвета Митеры сменялись всеми оттенками радуги, словно она не знала, что сказать. Может, не привыкла, что с ее взглядами на мир не соглашаются. Наверняка это было сложно переварить.

Особенно учитывая, что большинство глубинников, казалось, соглашались с Фортисом. Многие переглядывались и кивали друг другу. Они хотели помочь. Это было очевидно. Но слишком многие по-прежнему ждали, что скажет Митера.

И тут Алексия поняла, что ей нужно сделать то, чему ее учили в Тау. Откинуть прочь самосохранение и рискнуть жизнью.

Оттолкнувшись от рук Фортиса, она всплыла повыше, чтобы все ее видели. Дрыгая ногами, чтобы не опуститься обратно, и растопырив руки, Алексия с трудом зависла в воде перед ними.

— Вы сами видите, что я такое. Уверена, кто-то из вас смотрит и думает, что я очень слаба. Но в Тау меня изменили насильно. Они даже не дали мне шанса родиться от настоящей матери. Я не такая, как люди, с которыми вы сталкивались раньше, и нас таких много. Я умоляю вас помочь тем, кто до сих пор заперт в том городе. Умоляю вас прислушаться.

— Мольбы тебе не помогут, – прошипела Митера, словно отчаянно пытаясь убедить остальных глубинников в своей правоте. – Тебе здесь не место, и так будет всегда.

Но прекрасная бледная самка, которая говорила ранее, подплыла ближе.

— Подожди, Митера. Может, стоит ее выслушать. Фортис ей доверяет.

Тот склонился к уху Алексии и тихо сказал:

— Это сестра моей жены. После ее смерти она много месяцев присматривала за Аулаксом, прежде чем я смог вернуться к сыну. Заботилась о моей семье, пока я оплакивал жену.

Значит, она была другом. Алексия кивнула и развернулась прямо к ней.

— В том городе полно людей, которых еще можно спасти. Многие из них даже никогда не дышали самостоятельно. Банки с телами, созданными только ради запчастей. Я знаю, для вас это кажется бессмыслицей, но если вкратце, они там убивают невинных, чтобы продолжать свою и без того долгую жизнь.

В первые ряды выбился самец. Огромный ундина, покрытый шрамами, куда крупнее остальных. Может, даже больше Фортиса.

— Ты просишь нас спасти город, который только и делал, что угрожал нам и убивал нас. Во многих здесь к тем ахромо нет ни капли сострадания.

— Я не прошу вас спасать город, – возразила Алексия. – Я хочу его уничтожить. Двух городов нам хватит с лихвой. Мы сможем построить новые там, где вы разрешите, а не там, где удобнее нам. Но Тау прогнил насквозь. Его тьма просачивается в океан и очерняет его. Я прошу вас пощадить слабых, но уничтожить тех, кто причинил столько боли. Я не меньше вашего хочу увидеть океан алым от их крови. Тау всегда был крепостью. Сначала вы не могли его найти. Те, кто нашли, быстро обнаружили, что он закрыт барьером. Я обрушу для вас всю защиту, и тогда он превратится в обычный город. Вы таких уничтожили уже два. Я хочу, чтобы вы вошли в двери, которые я открою, и убили всех внутри.

Взметнулся шум голосов. Алексия едва могла расслышать отдельные слова. Многие хотели крови. Как они могли отказаться от предложения ворваться в город, не дававший им покоя годами, и убить всех, кто встанет на пути? Это было то самое сражение, которого глубинники так ждали. В то же время были и те, кто хотел спасти всех, кого еще можно спасти.

Кто-то упомянул, что если они спасут людей из города, то многие ахромо будут им должны. И хотя Алексии не очень нравилась такая точка зрения, они были правы. И это можно было использовать.