Книга Любить вампира – это хаос, страница 27 – Аура Хейс

— А знаешь что? У меня был просто дерьмовый день, и я бы с удовольствием съела кусочек пиццы. – Он победоносно вскидывает в воздух кулак, а я смеюсь. – Показывайте дорогу, мистер… – Я растягиваю последнее слово, чтобы он понял, что я не знаю, как к нему обращаться.

— Я – Завьер. Но друзья зовут меня Зав.

— Привет, Завьер. – Я намеренно называю его полное имя. – Меня зовут Селин. – Я протягиваю ему руку, и он хватает ее. Когда наши ладони соприкасаются, я чувствую легкое покалывание, но, возможно, мне это просто показалось из-за похмелья и моего напуганного состояния.

Он держит мою руку дольше, чем требуется, и наконец отпускает ее.

— Проходи. – Его ключи позвякивают, и я прохожу в квартиру.

Я ни разу не была в квартире Кори, поэтому не знаю, чего ожидать. Мы живем в обычном доме со съемным жильем, и я предполагала, что у всех комнаты примерно одинаковые, но его квартира гораздо больше моей. В гостиной стоит большой черный диван, а на стене висит огромный плоский телевизор. В комнате почти нет элементов декора, кроме нескольких киноафиш и спортивных сувениров, в частности хоккейных.

— Увлекаешься хоккеем? – спрашиваю я.

— Не особо. – Он ставит коробку на стойку.

Любопытно.

— Когда ты въехал?

Я продолжаю осматривать помещение. Я не заметила, чтобы кто-то въезжал в здание, но в последнее время меня почти не бывает дома. Засовываю руки в карманы и дотрагиваюсь до перочинного ножика, который храню там на всякий случай. Отец всегда говорил, что невозможно быть слишком настороже.

— Вчера! – кричит Завьер из спальни, в которой скрылся. – Я собирался тогда зайти и представиться, но тебя, похоже, не было дома. Я ходил по квартирам и раздавал новым соседям лимонный кекс собственного приготовления.

Он испек лимонный кекс?

Я пытаюсь представить себе, как этот мужчина хлопочет на кухне в фартуке, завязанном вокруг талии. Не хочу себе в этом признаваться, но зрелище, должно быть, довольно привлекательное.

Возле кухонной стойки лежит несколько коробок, которые пока еще не успели распаковать.

— Я встречалась с друзьями. – Я устраиваюсь поудобнее на табурете у барной стойки. – Ты и правда испек лимонный кекс? Сам? – Мне нужно, чтобы он объяснил, правильно ли я его поняла.

Он не спеша возвращается в комнату, и мне приходится приложить сознательные усилия, чтобы не раскрыть рот, когда я вижу, как он снимает свитер. Футболка задирается, обнажая гладкую алебастровую кожу, на которой выступают мышцы, указывающие на частое посещение тренажерного зала.

Внутри все сжимается.

Успокойся. Не нагнетай. Ава права, тебе действительно стоит заняться сексом, но секс с соседом запрещен. Если все окажется плохо, ты неизбежно будешь все время с ним сталкиваться.

— Я полон сюрпризов. Пицца?

Он подходит к коробке и одаривает меня идеальной улыбкой, обнажая сияющие белые зубы. Я киваю, пытаясь выбросить пошлые мысли из головы.

— Надеюсь, ты любишь пеперони.

Он достает из шкафчика бумажные тарелки и кладет на них по кусочку, один из которых я с радостью забираю. Завьер выглядит уморительно, когда всей своей тушей садится на маленький табурет рядом со мной. Понятия не имею, зачем он их купил, они ведь совсем крохотные.

— Пеперони – моя любимая. А вот если бы ты предложил что-то вроде пиццы с ветчиной и ананасом, пришлось бы тебя убить. – Я беру жирный кусок и с жадностью кусаю. Это лучшая пицца – свежий, тягучий сыр и обжигающе острая пеперони. Он смеется, и от этого смеха в моей груди происходит что-то странное.