Книга Судьбы мертвых, страница 5 – Тесия Цай

— Это было довольно страшно, вы так не думаете?

Я вскочила на ноги и сорвала талисман со лба солдата. Он немедленно рухнул на землю, оставив меня потрясенно стоять на поле в сгущающихся сумерках. Я едва подавила писк, чувствуя на губах железный привкус. Что, во имя неба…

Поднятые трупы были именно тем, чем были, – поднятыми. У них не было разума, эмоций, и определенно отсутствовал голос.

И все же солдат заговорил со мной. Он спас меня от цзянши и улыбнулся, проявляя страх. Живой, человеческий страх.

А бояться стоило как раз мне. Я не только столкнулась с цзянши, но и теперь имела дело с говорящим трупом. Первые считались редкостью, но я знала, что они такое. Второй был делом неслыханным.

Я знала только, что солдата надо доставить в Хулинь, столицу Сыань, где нас ожидал чиновник И. В сознании или нет, солдат оставался моей работой, которую я должна была закончить.

Я задумчиво осмотрела юношу у моих ног. И как его вести без воскрешающего заклятия? Наша цель слишком далеко – я не могу всю дорогу волочь его, бессознательного. И все же последнее, что мне было нужно, – это поднятый труп, принимающий собственные решения.

Сперва я решила разобраться с проблемой его сознания. Он был каким-то видом цзянши, пусть и необычно дружелюбным? Или я просто ошиблась, проверяя его сердцебиение? Но нет – я никогда не была настолько беспечна.

В чем бы ни было дело, я должна была убедиться, что это нормальный – безжизненный – труп, и только тогда выяснять, как дотащить его до столицы.

Я посмотрела через поле на розовеющий горизонт, ожидая прибытия похоронного отряда. Нельзя дать им увидеть моего солдата.

Потом я вспомнила о близлежащем городке – Нинхэ. Там жила моя клиентка, знахарка, с которой я довольно близко сдружилась. Быть может, она сможет мне помочь. По крайней мере, должна.

Ведь вне зависимости от того, что творилось с этим солдатом, мне нужно было выполнить работу.

От этого зависела жизнь моего отца.

Знахарка из Нинхэ жила не в пределах городских стен, а на задворках, в скромной хижине, ютящейся в бамбуковом лесу. Я познакомилась с ней чуть меньше года назад, вскоре после того, как моя мать умерла от беспамятной лихорадки. Выполняя задание в Вэнь в самое злое зимнее время, я довольно неуклюже поскользнулась на льду и потянула лодыжку. Госпожа Мин, как ее звали местные жители, обнаружила меня, самым жалким образом хромающую по лесу вместе с трупом, который, качаясь, шел за мной по пятам.

Явно из жалости к моей глупости госпожа Мин привела нас в свою хижину, где цокала языком над моей опухшей лодыжкой, как бабушка, которой у меня никогда не было. Когда я попыталась ее отблагодарить, она отмахнулась с просьбой принести ей сладостей из Сыань в следующий раз, когда я окажусь в Вэнь. Разумеется, я с радостью согласилась. После первой поставки госпожа Мин настояла на том, чтобы заплатить мне за дополнительные запросы, хоть и никогда не стеснялась торговаться.

Вот так я начала подрабатывать контрабандой, втайне наращивая клиентуру и включая в нее богатых покупателей из обеих стран, отчаянно жаждавших тех вещей, которых не могли найти на родине.

За убедительную цену в пятьдесят серебряных я уговорила проезжавшего мимо крестьянина выделить мне и мертвому солдату место на телеге и довезти нас до хижины госпожи Мин. Наш возница, явно выбитый из колеи присутствием трупа за своей спиной, мало говорил, пока мы катили по дороге, изгибами уходящей в бамбуковый лес. Я не возражала против тишины.