Книга Тысячи испытаний, страница 81 – Тан Ци

Через простую шелковую ширму Лянь Сун посмотрел на беспечную Цзу Ти, которая сидела на кровати, скрестив ноги, и, казалось, не понимала, почему он удивлен. Невольно понизив голос, он спросил:

— Почему ты хочешь стать богом-мужчиной?

Цзу Ти порывисто и будто бы несколько смущенно притянула одеяло к себе, ее голос тоже зазвучал тише.

— Потому что я тоже хочу быть такой же крепкой и очень сильной, как ты, братец Лянь. Тогда я смогу лучше исполнять обещание, которое дала растениям при своем рождении.

Лянь Сун заинтересовался:

— Что ты умела при рождении? Как умудрилась дать кому-то обещание?

Маленькая богиня зарылась лицом в одеяло и просидела так некоторое время, прежде чем снова подняла голову.

— Мне очень стыдно. Я расскажу, но ты пообещай, что не будешь смеяться, – попросила она Лянь Суна.

Третий принц состроил серьезное лицо и кивнул:

— Угу, не буду.

Она глубоко вдохнула:

— Когда я родилась, то почти ничего не умела, зато многое понимала: слушая указания Пути, я осознала, что мой долг – защищать этот мир. Вот только не знала, что, едва родившись, не могу его исполнить. Растения в горах Гуяо очень красивые, я полюбила их едва увидев… и… в общем, я нахвастала им.

Тут она замолчала.

— Это как? – поторопил с ответом Лянь Сун.

Цзу Ти задержала дыхание, потом выдохнула:

— Я сказала им, что я их всемогущий покровитель, и, если у них будут просьбы, стоит лишь сказать мне, и я их удовлетворю.

Лянь Сун рассмеялся:

— Сколько тебе тогда было? Год?

— Нет, мне едва исполнился день, – с каменным лицом ответила богиня. – Я только научилась принимать форму из света, больше я ничего не умела.

— Неправда – не согласился Лянь Сун, – еще ты умела хвастаться.

Маленькая Цзу Ти медленно подняла лежавшую рядом парчовую подушку. Юная богиня не верила своим ушам.

— Ты же обещал не смеяться! – возмутилась она и изо всех сил швырнула в подлеца подушку.

Та ударилась о ширму и упала на пол. Лянь Сун, сдерживая смех, быстро извинился:

— Прости.

Тянь Бу перевернулась на бок.

Богиня света сначала хотела разозлиться, но Тянь Бу пошевелилась, и девочка думать забыла о злости. Затем она, конечно, вспомнила, что Лянь Сун использовал заклятие тишины. Пусть звук удара подушки о ширму мог потревожить Тянь Бу, их разговор она не слышала, так что богиня могла гневаться как ей угодно. Однако она также осознала, что Лянь Сун извинился очень быстро, так что злиться уже было будто бы поздно, поэтому девочка надула губы и попыталась оправдать себя:

— Тогда я была слишком мала и слишком наивна.

Сейчас она тоже была мала и наивна, и ее серьезное ворчание было очень милым и немного забавным. Однако Лянь Сун из уважения не стал ее перебивать.

— Поскольку я была мала и наивна, давая им обещание, я думала, что просьбы растений к богине света будут очень простые. – Она махнула рукой. – Например, светолюбивые растения растут в тенистом месте и хотят оказаться ближе к солнышку – такое, конечно, я могла бы сразу устроить, хотя мне и не было года.

Цзу Ти угрюмо продолжила:

— Но некоторые растения, обретя человеческий облик, уходили во внешний мир и, попав там в беду, тоже просили меня спасти их, но я ничем не могла помочь. – Затем, будто сама до сих пор не поняла, как это вообще могло произойти, она добавила: – Еще они приходили ко мне со своими любовными страданиями… – тут девочка схватилась за голову и по-детски беспомощно вздохнула: – …страданиями, которых я даже понять не могла!