Книга Мама для дочки бирюка, страница 21 – Елена Архипова

Только после этого перевела взгляд на свою руку, тут же спохватившись, отдернула её, подняла взгляд на Павла и столкнулась с нечитаемым взглядом серых глаз.

Асе вновь показалось, что её рассматривают сквозь лупу с десятикратным увеличением. Разглядывают, как редкую, диковинную бабочку, непонятно откуда здесь взявшуюся. Смутилась:

— Извините. Я боялась, что Танюшка не донесет.

— Ничего.

— Угощайтесь, гости дорогие! — привлекая внимание к себе и явно копируя интонации Антиповны, произнесла девочка и протянула тарелку с печеньем в их сторону.

Ася с Павлом одновременно потянулись к тарелке. И надо ж было такому случиться, что они оба взялись за одну и ту же печенюшку. Лакомство, не выдержав такой популярности, разломилось ровно пополам, и из него выпала монетка.

— Бабушка Маша, смотри! Папа с Асей оба взяли счастливое печенье! Они теперь оба будут счастливы?

— Как, однако, интересно получилось, — улыбнулась загадочно Антиповна, переводя взгляд с одного на другого.

— Счастливое печенье? — Павел усмехнулся и положил печеньку в рот. — М-м-м! Как вкусно!

Ни к кому конкретно не обращаясь, спросил:

— А точно сработает?

— Да, папочка! Сработает! Бабушка Маша так сказала! — Танюшка сияла.

— Ну, как говорится, твои слова, дочь, да Богу в уши! Давай мы печенье вот сюда поставим, да? — с этими словами Павел забрал у ребенка тарелку с печеньем и, сильно прихрамывая на левую ногу, прошел к комоду.

— Ну что же ты, внуча, не ешь свою половинку? Счастья разве не хочешь? — Антиповна хитро прищурилась, глядя на внучку. — Мы старались с Танюшкой, пекли.

— Да, Ася! Надо скушать! — поддакнула и девочка. — Вку-у-усно!

На эти слова девочки уже и Павел развернулся к Асе и смотрел молча, ожидая её реакции.

Ася, покраснев как рак, положила печенье в рот, прожевала, мысленно молясь, чтобы не подавиться крошкой, и, глядя только на девочку, похвалила:

— Очень вкусно! Спасибо! Ты у нас большая молодец! Извините, мне надо…

Что надо, Ася не договорила, оборвала сама себя и скрылась за занавеской в своей комнате.

Прошла там к своей кровати, плюхнулась попой на покрывало и приложила ладошки к полыхающим щекам, пробубнила уже себе под нос:

— Ну бабуля! Что вот он теперь подумает-то обо мне? Только что сама же условия ему выдвигала-намекала, а тут вот это вот всё. Ну бабуля! Устроила тут цирк с конями!

Справедливости ради надо сказать, что бабуля всегда запекала монетку, когда пекла печенье или пирожки. Была у неё такая традиция. И кому, как не Асе, было не знать об этом!

Но почему-то именно сегодня, в присутствии этого большого и сурового мужчины с нечитаемым взглядом серых глаз, эта бабулина традиция вызвала у неё такую бурную реакцию.

Ася сидела на кровати, успокаивалась и вслушивалась в то, о чем говорили на кухне.

— Паша, ты кушать будешь? — заботливо поинтересовалась бабуля.

— Нет, Мария Антиповна, спасибо. Жарко сегодня, не хочется совсем. А вот от Вашего кваску я бы не отказался.

— А, ну хоть кваску выпей, да, — легко согласилась ба. — Да ты присаживайся, Пашуля, присаживайся. В ногах правды нет. Да, поди-ка, у тебя и ногу твою ломит на погоду-то, да?

Девушка затихла, прислушиваясь к разговору. Бабуля, не дожидаясь ответа мужчины, покряхтела и закончила:

— У меня вот все кости ломит. Точно дождю быть! Только вот в бане и спасаюсь в такие дни.