Книга Малая, страница 58 – Алайна Салах

Однако сейчас игнорировать внутреннее сопротивление становится невозможным. Я чувствую его каждой клеткой. В голове звучит слова Севера, сказанные во время нашей последней встречи. «Ты живешь по заветам кого угодно, но не собственным. Ходишь в места, которые тебе не нравится, потому что так хочется твоему парню, терпишь его друзей-мудаков».

И ведь правда! С чего я решила, что всякий раз обязана наступать себе на горло, потому что так хочется кому-то другому? Родиону, Винокурову-старшему… Да даже папе! Мне двадцать один. Уже целых двадцать один, а я порой ощущаю себя бесправной школьницей, которой все еще непозволительно принимать самостоятельные решения и жить своими мозгами.

— Извини, но я все еще пас. – От волнения я поднимаюсь и машинально направляюсь к кухонному гарнитуру. – Нет настроения на компанию и ночевку вне дома. Но я совсем не против, если ты поедешь один.

Родион выглядит разочарованным. Выходные – это время, которое он привык проводить с друзьями.

— Говорю же: не хочу без тебя спать.

— Ты всегда можешь остаться. – Пожав плечами, я лью в стакан воду. – Посмотрим сериал или в кино сходим.

— Может так и сделаю, – буркает он, отодвигая тарелку с недоеденным бутербродом. – Ладно, я на работу поехал. Позвоню ближе к обеду.

Судя по тому, что прощального поцелуя не последовало, Родион на меня обиделся. Чувство вины снова поднимает голову, и я снова думаю, что возможно зря отказалась. Но потом напоминаю себе, что мои желания и интересы тоже имеют вес, и вероятно, не меньший, чем желания и интересы Родиона. С такими мыслями сажусь за ноутбук. На днях дизайнер прислала макет оформления для соцсетей и теперь необходимо пустить их работу.

Вообще, работать мне нравится. В течение дня и перед сном обдумываю варианты продвижения врученных мне объектов, и если что-то в последствии удается реализовать, радуюсь как ребенок. Впервые в жизни у меня появилось что-то помимо учебы, за что нужно нести ответственность, с которой я, судя по словам Дарины, успешно справляюсь. Это придает мне уверенности в собственных глазах.

С макетом я вожусь до самого вечера, и отвлекаюсь лишь когда в замке поворачивается ключ. Быстро сворачиваю окна и выхожу в прихожую встречать Родиона. Улыбаюсь. Он принес пиццу, что означает перемирие.

— Одна с сыром, другая с пепперони? – Чмокнув его в щеку, я забираю коробки.

— Как всегда. – Сбросив обувь, он проходит в гостиную и плюхается на диван. – Что смотреть будем?

— Выбирай твой вкус, – скромно отвечаю я, желая быть благодарной за проявленную инициативу.

Спустя пятнадцать минут мы сидим перед телевизором с пиццей и кока-колой и смотрим недавно вышедший триллер. Хотя я и не очень их жалую, потому что потом плохо сплю.

— Мне фильм на паузу поставить? – Я вопросительно смотрю на Родиона, который быстро печатает в телефоне. Уже в третий раз за последние полчаса.

— Нет, не нужно. – Отложив мобильный, он успокаивающе гладит меня по ноге. Однако когда спустя минуту ему приходит очередное сообщение, берется за него снова.

Шумно вздохнув, я обнимаю себя за плечи. Терпеть не могу, когда он так делает. Словно моя компания недостаточно хороша для пятничного вечера тет-а-тет.

Допечатав ответ, Родион встает и уходит в спальню. А когда выходит, я вижу, что он сменил толстовку.