Книга Без права выбора, страница 74 – Слава Доронина

Если она вдруг вернется и увидит меня рядом с сыном, скандала не избежать, но сейчас об этом совсем не думала, потому что возникло сильное желание взять мальчика на руки. С того самого дня, когда в роддоме мне сказали о смерти Гриши, я запрещала себе даже представлять такую картину.

— Она не скоро вернется, – словно эхом донеслись слова Татьяны, но я уже не слушала ее, ведь все мое внимание было приковано к мальчику. – Покачивай его, если заворочается. Я быстро.

Оставшись с ребенком наедине, опустила голову, чувствуя, как сердце пропустило удар, а рука сама потянулась к его лицу. Пухлая щечка была такой нежной и мягкой на ощупь. Длинные реснички подрагивали во сне, и малыш смешно чмокал губами. Я как будто перенеслась в другую реальность, наблюдая за ним, и не сразу услышала, что во двор въехала машина.

— Что ты делаешь рядом с ним? Кто позволил к нему подойти? – Настя направлялась в нашу сторону, а на ее лице застыла злая гримаса. – Отойди от него немедленно! Где Татьяна? Отойди, слышишь? – громко кричала она.

Почему девушка так злилась? Ведь я ничего плохого не сделала ее малышу! И даже в мыслях подобного не было...

От растерянности я наступила на скользкую после недавнего дождя плитку, а Настя задела меня плечом и оттолкнула рукой в сторону в тот самый момент, когда я оказалась у кромки бассейна. Не удержав равновесия, я упала.

Все произошло так быстро, что даже не успела осознать масштабы трагедии. Я с головой ушла под воду, набрав в легкие жидкость. Вскинула руки, пытаясь всплыть и добраться до бортика, но все, что получалось – беспорядочно работать руками и снова глотать холодную воду. Я захлебывалась… Мною овладела паника, потому что в эту минуту удавалось лишь хрипеть, мечтая заполучить гребанный глоток воздуха. Однако успела заметить, что Настя схватила ребенка и убежала, оставив меня одну. Неужели она никого не позовет на помощь? Мои легкие горели огнем, словно их зажали в тиски или сковало льдом, мышцы сводило от напряжения. Мир утекал, ускользал сквозь пальцы, а силы покидали меня. Господи, неужели я умру такой глупой и страшной смертью?

Катя

— Дыши… Вот так, девочка... Молодец… – знакомый голос проник в сознание, и я приоткрыла глаза.

Уши были заложены, откуда-то издалека доносилось хриплое и тяжелое дыхание, надрывный кашель. Не сразу поняла, что эти звуки издавала я сама. Легкие жгло. Родионов смотрел на меня напряженным и цепким взглядом, словно пытался удержать им в сознании. Мне показалось, что он выглядел встревоженным. С его челки капала вода. Рядом слышала чей-то голос. Кажется, Марата, но я не могла разобрать ничего из его речи, кроме слов «скорая» и «нужен врач».

— Со мной все в порядке… Не нужно никого, – отозвалась охрипшим голосом, чувствуя, как сильно и больно стучит сердце в груди. – Жить буду...

Все, что помнила – это ужас и страх, когда в легкие перестал поступать кислород.

— Вызывай! – сказал жестким голосом Родионов, даже не повернувшись в сторону Марата.

Черные глаза находились в нескольких сантиметрах от меня и продолжали смотреть так, словно я перед ним сильно провинилась. Неужели он подумал, что это я сама… Нет! Никогда! Даже в особенно тяжелые времена я не думала о смерти или самоубийстве.

— Не нужно врача. Не хочу в больницу. Я ... поскользнулась. Это вышло случайно, – заметив предостерегающий взгляд Родионова, замолчала.