Книга Любовь не продаётся, страница 114 – Слава Доронина

Я не знаю, что меня толкнуло на этот шаг, но руки сами спустились вниз, проникли в трусики и коснулись бугорка. Я нажала на него пальцем, и на мгновение мне показалось, что Артём никуда и не уходил, а напряжение внизу живота усилилось, и я готова была взорваться и разлететься по комнате на много маленьких кусочков.

До этого самого момента я никогда не мастурбировала, и даже мыслей таких не возникало и желания никогда у меня не появлялось. Но сейчас перебирая пальчиками набухший бугорок, я не в силах была остановиться. Раньше мне казалось это безумно постыдной вещью, а сейчас я лишь поддавшись инстинктам и неодолимому влечению, ласкала свой клитор, представляя Артема и… Как мне приятно было, когда он терся своим членом о мою промежность… И мысли, словно рой пчел так и жужжали о том, какие незабываемые чувства я испытаю, когда он окажется внутри… В какой-то момент комната превратилась в одну огромную яркую вспышку, мои ноги подкосились, а тело забилось в судороге, словно меня били конвульсии. Я закатила глаза, ощущая приятную дрожь в каждой клетке, и сползла по двери вниз, ошеломленная пережитым оргазмом и всем тем, что я совершала и делала в последние дни.

32 глава. Евгения

Мы вышли с Ларисой из здания, и остановились возле нашего любимого дерева, которое скрывало нас от людских глаз. Ветви ивы, слабо колыхались на ветру. Обычно мы задерживались после занятий, чтобы поболтать и уже потом разойтись по домам. Об учёбе не то что не хотелось говорить — думать было невмоготу. Поскорее бы сдать все экзамены и забыть об этих впустую проведенных днях. Не понимала, как мне могла пригодиться профессия историка, если я не собиралась становиться археологом. На крайний случай оставалось пойти учителем в школу, детей я любила, правда не подростков. Но история начиналась у детей как раз с того возраста, в котором они теряли детскую наивность и непосредственность. Поэтому на этот вариант я тоже не возлагала сильных надежд. Но несколько лет назад выбора как такового у меня и не оставалось, когда единственное бюджетное место вдруг досталось мне. Даже и думать не стала, согласилась и продолжила обучение. Это Лариса грезила о профессии историка. Я же просто пошла туда, где не нужно было платить деньги за обучение.

— Что будешь делать после экзаменов? — тихо спросила Лариса.

Я пожала плечами и вдохнула аромат свежей листвы, закрыла глаза и подставила лицо солнечным лучам.

— Не знаю, — честно ответила я.

Пока я не говорила Ларисе об Эндаре. Лишь рассказала о том, что Артём снова появился, и о Везунчике вскользь упомянула.

— Я и сама не знаю что делать. В клуб я так понимаю, мы не вернёмся? — она вопросительно на меня посмотрела.

— Не вернёмся, — подтвердила я. — Мама категорически против.

А ещё я просто напросто боялась встретиться с Эндаром. Даже и не представляла этой встречи и о чем нам говорить. Может он и сам не рад такой перспективе? Откуда мне было знать о его истинных намерениях и чувствах?

— А Артём? — спросила Лариса.

— Что Артем? — не поняла я ее вопроса.

— Он надолго здесь?

— Ждет звонка от партнера. А пока еще здесь побудет, — ответила я.

— Я в августе поеду в Нижний Новгород, — вдруг выпалила Лариса.

А я даже забыла обо всех мыслях и удивлённо на нее посмотрела.