Книга Тонкие грани, страница 12 – Слава Доронина

Стянув джинсы и оставаясь в одних трусах, я подошла к зеркалу и посмотрела на свое отражение. На лбу красовался пластырь, пропитанный кровью. Я с ужасом представила, как будет больно отдирать эту засохшую корочку от кожи. Подлец, по-видимому, был не конченым подлецом… или попросту не хотел, чтобы я перепачкала его шикарный диван. В последнее верилось больше всего. Включив горячую воду, я стянула с себя остальную одежду и попыталась отмыть ту от крови. Развесив на сушилке джинсы, майку и трусы, я встала под горячие струи воды и закрыла глаза, наслаждаясь полным расслаблением. Таблетки! Черт! Я вытащила из влажных джинс промокшую насквозь упаковку и откинула ту в сторону.

Распарив кожу как следует, я аккуратно отлепила пластырь и откинула к валяющейся на полу упаковке с таблетками. Ранка кровоточила, но была не так заметна, как изначально показалось, судя по всей крови, что я смыла с майки и джинс. Это не могло не радовать, все-таки не хотелось до конца жизни ходить со шрамом на лице. Просушив волосы полотенцем, я завернулась в тот, сожалея, что мне не во что больше одеться. Хотя… до утра мои вещи должны были просохнуть, а пока отсижусь в комнате.

Захватив размытую упаковку таблеток и использованный пластырь, не выключая свет в душевой, я вернулась обратно в гостиную. В темноте, нащупав графин с водой, стоявший на барной стойке, я выудила из рассыпающейся влажной упаковки несколько таблеток. Внезапно раздавшееся грозное рычание за спиной напугало меня, а хрустальный графин, зажатый в руке, выскользнул, разлетаясь с оглушительным звоном по всему полу на мелкие осколки. Разъяренный рык звенел в ушах сильнее, чем звон битого стекла. Я до остервенения боялась этих клыков, которые теперь непременно будут преследовать меня в каждом сне.

— Ночь, фу! – раздался яростный голос наглеца, и яркий свет заполнил гостиную, ослепляя глаза.

Тупая и ноющая пульсация в голове вернулась с утроенной силой. Чудовище скалило пасть и смотрело на меня бешеными глазами, в которых я отчетливо видела желание разорвать меня на куски. Я замерла на месте, боясь пошевелиться, чтобы ненароком не разозлить еще сильнее эту ужасную псину. Интересно, где же блуждала его вторая сменная половина по кличке День?! Или они обитали в доме в строгости с указанным временем суток? Собака мгновенно отступила после команды наглеца и трусцой побежала к входной двери. Уф… А ведь я мечтала о собаке, что меня теперь-то не устраивало?! Наверное, если и содержать что-то наподобие этого чудовища, то брать его нужно еще несмышленым щенком и заниматься обучением так, чтобы эта псина слушалась беспрекословно, примерно, как только что продемонстрировал наглец.

— Что это? – наглец вплотную подошел, ступая ботинками по мелкому крошеву стекла.

— Извини, я сейчас соберу все осколки, – я и правда чувствовала себя неловко за эту ситуацию. Попила, блин водички…

— Это наркотики? – наглец гневно выхватил таблетки из рук.

— Обезболивающее… – я недоуменно посмотрела на него. Что опять-то не так?! Чем ему теперь таблетки не угодили?

— Зачем тебе это? – ярость, отражавшаяся в глазах, напугала. Замечу, он не был так устрашающе гневен даже тогда, когда я разбила ему машину.

— У меня болит голова, – растягивая слова, говорила я. – Это всего лишь Тайленол, – зачем-то добавила.