Книга Маленькая скандальная история, страница 79 – Алайна Салах

Настроение у меня… Ну такое себе. Я по-прежнему думаю о нем: порой с тоской, порой со злостью. Но эмоции на части, к счастью, не рвут. Возможно, я сумела выплакать их в тот день. А возможно, просто перегорела.

Так я думаю до того момента, пока в один из вечеров, расположившись на диване с коробкой дешевой лапши из супермаркета, не слышу звонок дверь. Каким-то шестым чувством, я точно знаю, кто стоит по ту сторону — даже не нужно заглядывать в глазок.

— Что тебе нужно? — механическим голосом спрашиваю я, глядя в осунувшееся лицо Антона. Подобие равновесия, которое я успела достичь за эти дни, стремительно улетучивается, и по телу распространяется нервное дребезжание, напоминая о том, до какой степени я вымотана им, собой и всей этой ситуацией.

— Почему ты меня заблокировала?

— Своевременный вопрос. — Я воинственно вскидываю подбородок. — Я заблокировала тебя неделю еще назад, а ты приехал только сегодня. Поэтому повторюсь. Что тебе от меня нужно?

— Мы так и будем здесь разговаривать? — Антон оглядывается на неплотно закрытую дверь. — Можно я хотя бы войду?

Я вздыхаю. Безопаснее разговаривать с ним в прихожей, но велика вероятность того, что я начну орать и перепугаю соседей. Поэтому приходится устало кивнуть.

— Проходи.

Скинув обувь, Антон послушно следует за мной в гостиную. Случайно пойманное отражение в зеркале напоминает, что выгляжу я отвратительно. Волосы, не мытые с утра из-за боязни опоздать, забраны в неряшливый пучок, тушь под глазами размазалась, а помятая рабочая рубашка на редкость паршиво сочетается с домашними шароварами.

Но сейчас мне плевать, наверное, впервые за долгое время. Я устала быть стойкой, хорошо выглядеть, все прощать и никому не доставлять хлопот. Пусть Антон видит, что не только его жена умеет с успехом достигать эмоционального дна.

— Так для чего ты приехал? — повторяю я, опускаясь на диван и подбирая ноги под себя.

— Я собирался приехать в тот же день, — остановившись посреди гостиной, Антон закладывает ладони в карманы брюк. Видно, что волнуется. — Потом на следующий, но думал, что ты на меня зла…

— Поэтому выждал неделю, — перебиваю я. — Когда я сама с собой обо всем договорюсь и успокоюсь.

— Нет, не так. Ксюш, не делай так, пожалуйста, — в два шага приблизившись ко мне, он опускается на колени. — Не блокируй меня.

— Для чего, Антон? Чтобы слушать, как ты грустишь из-за проблем с женой?

— Я не грустил. И жилетку из тебя делать не собирался. Просто все это тяжело, понимаешь? Сын постоянно спрашивает: что у вас с мамой? Вероника обвиняет в том, что я испортил ей жизнь.

Я глубоко вздыхаю, понимая насколько устала слушать одно и то же. Понимая, что устала понимать.

— Знаешь, мне тоже тяжело. Находиться между всем этим, не имея ни малейшего понятия, какое место мне отведено в твоей жизни. Весь этот пиздец я бы могла выдержать, если бы понимала, ради чего. Порой складывается ощущение, что ты первый и единственный человек на свете, проходящий через развод. По крайней мере именно так ты все и преподносишь. Я тоже долгое время тоже состояла в серьезных отношениях, которые в один прекрасный день закончились. У нас не было детей, но поверь, от этого мне было не легче. Пожалуй, мне было бы даже проще, зная, что рядом со мной остается кто-то близкий. И ничего… Я это пережила.